Неправильный самурай

– Замыкающие на месте! – в ухе прозвучал голос Гнома, и Монах с Чехом, прикрываясь щитом, быстро двинулись по коридору. Двадцать метров до лестницы, там наверх, и ещё один коридор с двумя поворотами и четырьмя комнатами по бокам. Ничего, вроде бы, сложного, но когда о противнике нет никакой инфы, лучше десять раз перебдеть!

В комнатах второго этажа ничего интересного не нашлось. Этими помещениями, скорее всего, никто особо не пользовался. Два класса с проржавевшими партами, кабинет, заставленный старой мебелью, небольшой зал с рядами откидных стульев и две пустые подсобки.

Да, наверное, быстрее получилось бы зайти в залы третьего этажа с крыши, но проблема в том, что тут не кино, а мы, к сожалению, не супергерои. Если бы это был не сталинский дом, то оно, может, и удалось бы, только имеем то, что имеем, а попусту рисковать людьми начальство, конечно, не станет. К тому же никто точно не знает, где держат заложников, а окна залов очень легко заминировать.

– Пусто! – от последней комнаты доложил Монах, я кивнул и сделал знак следовать к лестнице.

Двери на площадку оказались открыты, но здесь было уже гораздо темнее. Освещая дорогу фонарями, первая пара, как на тренировке, взбежала по старой истертой лестнице, и уже наверху Монах вдруг замер и резко поднял правую руку.

– От сука! – негромко произнёс Чех и быстро зашарил фонарем по перилам и стенам.

– Че там? – уточнил я, внимательно оглядывая ступени и закрытую дверь на этаж.

– Да херня какая-то, – озадаченно хмыкнул Монах. – Словно пленка резиновая на дороге. Думал, растяжка, но ничего тут, вроде бы, нет.

– Чех, а что у тебя?

– Да то же самое, – хмыкнул тот. – Чувствую себя сперматозоидом. – Он с видимым усилием толкнул «вереском» воздух перед собой и… едва не потерял равновесие.

– Да ёп! – Монах резко шагнул вперёд, прикрывая друга щитом, но ничего страшного не случилось.

– Четвертый – второй этаж зачищен, идем на третий, – доложил я, – на лестнице столкнулись с непонятным явлением.

– Что там? – тут же отозвался Семенченко.

– Словно пленка какая-то на пути. Глазами ее не видно. Ребята прошли, с ними порядок. Двигаем дальше.

– Добро!

Двигаясь вдоль перил, я пошел по пути Монаха и в какой-то момент почувствовал сопротивление воздуха. Так бывает, когда проходишь сквозь тяжелые шторы.