Испанская прелюдия

Телеграфные столбы стоят вдоль рельсов. Железнодорожный мост охраняется, автомобильный – не знаю, кажется, нет. У меня все.

– Два моста, телеграфная линия, автоколонны. Не слишком ли много для небольшого пятачка? – с сомнением проговорил Джига. – После первого же взрыва начнется переполох. Франкисты запустят поисковые группы с собаками, а то и войсковую операцию затеют с тотальным прочесыванием окрестностей. Мы не успеем взять ноги в руки.

– А ты одновременно все взорви. Шутка.

Все заулыбались.

– Чего развеселились? – воскликнул Джига с обидой в голосе.

 – Шутка шуткой, но стоит подумать.

Отбыл отряд рано утром. Впереди ехал «Додж», за ним следовал тентованный грузовик с бойцами.

По дороге машины обогнали упряжку. Два мула, шедших друг за другом, тащили высокий фургон, груженный дровами. Старый возница с морщинистым лицом увидел автомобили, перестал погонять животных и замахал руками в знак приветствия.

При въезде в селение, состоявшее из пары десятков домов, их остановил патруль. Здесь проходила линия фронта.

Разобравшись с патрулем, Донцов дал бойцам команду покинуть машины и приготовиться к пешему переходу.

– Странная какая-то линия фронта, – задумчиво проговорил Солейко. – Никаких окопов, пулеметных гнезд, дотов. Только конные дозоры, а остальной личный состав республиканцев спокойно сидит по хатам.

– Может, у них тактика такая? – предположил Фраучи.

– Это не тактика такая, а бездарность командования. Фалангисты их блокируют, обойдут с флангов и продолжат движение.

А они будут держать круговую оборону до морковкина заговенья.

– Так надо им подсказать! – не унимался Фраучи.

– Пускай им Бенедикто подсказывает.

Бойцы засветло пересекли плоскогорье и углубились в лес. В отличие от побережья с его пальмами и другой субтропической флорой, здесь преобладала растительность средней полосы России: дуб, сосна, можжевельник.

Стемнело. Фонарей диверсанты не зажигали. Чтобы не потеряться, на спине у каждого были приклеены белые лоскутки с привязанными к ним гнилушками.

Местное изобретение. На них ориентировались люди, идущие сзади. Курить разрешалось только на привалах с соблюдением маскировки, укрывшись куртками.

Лес поредел. Впереди в лунном свете стала видна прогалина, поросшая редкими кустами. Отряд двигался вдоль неглубокой лощины, и Донцов внезапно приказал остановиться на ее краю.

– Что-то птички там сильно раскричались. Ночью они так себя не ведут. Не нравится мне это, – сказал он, повернувшись к Аугусто.