Чужой среди чужих

– Земли для нас больше нет, – со вздохом констатировал я. – Мы теперь живем здесь.

Воин пару раз моргнул, видимо, пытаясь осознать услышанное, затем закрыл руками лицо и низко опустил голову.

– Значит, все это правда… – тихо произнес он. – Родители… сестра…

– …живы и здоровы, – хмыкнул я и хлопнул Эрела по плечу, дабы привести в чувство, пока он не двинулся окончательно. – Бесконечно живы, заметь!

Парень вздрогнул, затем оторвал ладони от лица и посмотрел на меня каким-то детски-доверчивым взглядом.

– Ты… ты что же, считаешь… – промямлил он, затем потряс головой и, кивнув на спину возницы, добавил: – Мы теперь они? Тебе не жутко, что мы умерли?

– Ты дурак, что ли? – повторил я лечебную фразу Майка. – Ты сидишь, смотришь на меня, говоришь, коньяк пьешь! Неплохой, кстати, коньяк.

Я потряс все еще зажатой в руке бутылкой, хмыкнул и сделал из нее три глубоких глотка. Жгучая жидкость жаркой волной прокатилась по организму, я поморщился и протянул бутылку Эрелу.

– На вот, хлебни! Хорошо мозги прочищает.

Парень вцепился в бутылку, как в спасательный круг, буквально вырвал ее у меня из рук и жадно приложился к горлышку. Пил он долго, пока бутылка не опустела, затем убрал емкость в сумку, вытер выступившие на глазах слезы и снова потряс головой.

– Ты только подумай, что в игру больше заходить не нужно и помесячную оплату вносить тоже, – добавил пару аргументов я, дождавшись, когда у него на лице появится осмысленное выражение. – Смотри, сколько позитива в одном флаконе.

– Ты смеешься? Тебя совсем не заботит, что мы теперь не люди?! – окончательно проморгавшись, удивленно произнес он. – Мы дроу, Крис! И никогда больше людьми не будем! В игре не предусмотрена смена расы!

– Ну так это я переживать должен, поскольку расу из-за бонусов выбирал, – пожал плечами я и хлопнул ладонью по висящему на поясе даггеру. – А такие, как ты, об этом только мечтали.

– Ну… да, но… – Не ожидавший такой моей реакции Эрел на глазах приходил в себя. Насколько это возможно после литра выпитого коньяка. Хотя, по земным меркам, мы еще даже по пол-литра не выпили, а чехи тоже крепкий на выпивку народ, учитывая их неуемную любовь к пиву.

– Никаких «но», – усмехнулся я. – Ты вообще вон неплохо устроился. Вступишь в дружину – официально возьмут в Дом, и такие, как этот Гласс, перестанут называть тебя безродным.