Чужой среди чужих

Причина крика тоже понятна: непись, видимо, ответил в характерной после обновления манере, а у парня нервы оказались не такие крепкие, как у меня. Ума же, судя по всему, не оказалось вовсе.

– Мамке своей указывай, урод! Вы мне еще за потерю времени, гондоны, ответите!

А дальше произошло то, что и должно было произойти. Начальник каравана сделал едва заметное движение, и его клинок с характерным звуком снес разговорчивому магу башку. Отрубленная голова с глухим стуком упала на камень, тело жутковато взмахнуло руками и, разбрызгивая целые фонтаны крови, медленно опустилось на землю.

Охренеть!

Я машинально потрогал подбородок, ожидая, что просто не найду там своей нижней челюсти, но обошлось. Это, мать его, как?! Так же тоже не может быть! Нет, что десятник его убьет, было понятно, и срубленная голова тоже укладывается в игровые законы. Смертельный удар или, по-другому, fatallity может отрубить конечность или даже развалить тело пополам, но чтобы столько крови и так отвратительно… Я на гладиаторской арене такого не видел ни разу, а ведь там самое кровавое место в игре! И еще этот противный запах от быстро растекающейся по камню лужи…

– Вы, безродные ублюдки, забыли, как нужно обращаться к страже Совета?! – указав острием клинка на опешивших от произошедшего игроков, прорычал Гласс.

Он с презрительной гримасой оттолкнул сапогом лежащую возле его ног голову, полоснул взглядом по стоящим парням и добавил:

– Следующему, кто упомянет слово «мать» в подобном тоне, я сначала вырву язык, а потом уже медленно отрежу его тупую башку! Ясно?!

Один из парней – воин сто тридцать седьмого уровня с ником Эрел – утвердительно кивнул.

Остальные двое попятились и, не произнеся ни слова, побежали в сторону города. Следом за ними двинулось еще с десяток игроков: из тех, что собирались отправиться другими караванами с этой же станции.

Дроу проводил их взглядом, презрительно усмехнулся, вытер клинок о мантию убитого и, аккуратно убрав в ножны меч, вопросительно посмотрел на воина:

– Куда собрался?

Говорили они недолго.

В итоге Гласс забрал у воина деньги, указал на ту телегу, в которой сидел я, и приказал трогать. Солдаты оперативно заняли свои места, передний возница выкрикнул какую-то команду, и фургоны, скрипнув осями, синхронно двинулись в путь.

– И как тебе новый патч? – нервно хмыкнул усевшийся напротив воин.

– Реализм зашкаливает, – задержав взгляд на брошенном трупе в луже собственной крови, пожал плечами я.

– Точно! – кивнул парень.