Аокигахара

День завтра будет нелегкий.

– Но здесь ночевать опасно, – енот перевел на меня взгляд. – Онрё могут вернуться!

– Я думаю, Нэко очень обрадуется их визиту.

– Нэко? – енот непонимающе нахмурился, посмотрел на зависшую в воздухе кошку, затем выдохнул и покачал головой. – Ах да, конечно… но все равно пойдемте под деревья. Там мы будем чувствовать себя спокойнее.

– Хорошо, – я кивнул и направился к растущему неподалеку лесу.

Утром погода испортилась. Солнце скрылось за свинцовыми тучами, заметно понизилась температура, и дно ущелья затянул густой грязно-серый туман.

Там и так-то ничего не просматривалось, а теперь были видны только верхушки самых больших камней, которые торчали над колышущейся взвесью, похожие на подводные рифы.

Я проснулся, как обычно, последним. Стряхнул с промокшего плаща налипшую траву, вытер им физиономию и присоединился к ребятам, которые уже разложили на подстилке еду. Настроение было не так чтобы очень, поскольку всю ночь мне снилась какая-то непонятная хрень.

Три крылатых урода сидели возле горы гниющих трупов и по очереди кидали на землю фишки, навроде тех, что были у Хозяйки в Мрачном лесу. Я понимал, что это мне снится, но проснуться не мог. А они кидали фишки и хихикали, иногда указывая на меня своими сухими руками.

Понимая, что такое мне просто так присниться не может, я за завтраком рассказал ребятам об этом сне, но они ничего прояснить не смогли. Эйка только вспомнила, что в Нижнем Мире есть какие-то твари, способные являться людям во снах и насылать проклятия, но как они выглядят, лисица не знала.

Мне проклятия не страшны, так что можно особо не париться. Впрочем, это может быть кто-то другой, но гадать смысла нет и расслабляться тоже не стоит. Хотя расслабишься тут, как же…

Когда мы закончили с завтраком, Эйка убрала остатки еды в сумку, посмотрела на меня и, кивнув на ущелье, поинтересовалась:

– Ты ведь не знаешь, где конкретно находится храм Нактиса-сама?

– Нет, – покачал головой я.

 – Но вряд ли мы пройдём мимо него. Я видел главный зал этого храма во сне. Он круглый, большой и никак не меньше того, что в святилище Милосердной. Пятнадцать лет назад, когда твари похитили мальчика у матери, они притащили его туда. Я же вам это рассказывал.

– Да, я помню, – лисица кивнула. – Но ущелье Тивата очень большое. Зная, кто ты такой, наши враги могли разрушить храм или скрыть его от чужих взглядов. Им ведь такое по силам.