Весна 45-го года!

– Есть! – кивнул Капитонов, и пластуны тут же растворились в лесных зарослях.

Профессора Миллера мы обнаружили болтающимся на дереве в бессознательном состоянии.

Сняв его с дерева и приведя в чувство, мы отправились искать остальных и вскоре повстречались с ними на опушке леса.

– Все в порядке? – спросил я у лейтенанта Коршунова.

– Так точно, – ответил лейтенант и я, одобрительно кивнув, достал из планшета карту.

– Мы здесь, – указал я, – лесной массив в трех километрах восточнее города.

– Хотя это и наша территория, но в город по шоссе не пойдем, – указал я.

– Выйдем вдоль реки к железнодорожному мосту и вот сюда. Тут на площади располагалась комендатура и особый отдел 4-й гвардейской армии. Ориентир – часовня.

Я закрыл карту и обратился к радисту: – Ефрейтор, радио в штаб следующего содержания, «Ланцет на месте, начинаем операцию». Доктор.

– Есть! – ответил ефрейтор, готовясь к эфиру.

– Идем тихо, во главе группы Капитонов и Черный, замыкающие Куртаметов и Михайлов.

– Есть, – ответили десантники.

– Выходим через пять минут, всем привести снаряжение в порядок и оправиться, если надо.

Когда мы выдвинулись в сторону города, уже совсем рассвело и солнце начало согревать землю, от чего на опушке леса повис легкий туман, скрывающий наше перемещение.

– Так тихо даже в тайге не бывает, – шепотом произнес ефрейтор Иванов, – нехороший дух чую.

– Отставить, – оборвал его лейтенант Коршунов.

– Отставить, отставить, – перебил его я, – вы это о чем, ефрейтор?

– Смерть кругом, – ответил Иванов.

Предчувствия ефрейтора оправдались, когда мы оказались на окраине города.

То тут, то там лежали мертвые тела, которые даже некому было прикрыть, а не то что похоронить. Когда ветер переменил направление, я почуял этот сладкий, выворачивающий нутро трупный запах, который я никогда и ни с чем не перепутаю и который напоминал мне о лете сорок второго года в пылающем Сталинграде.

Мои мысли прервал рык профессора, которого от этого ужасающего запаха все-таки вывернуло наизнанку.

– Простите, – произнес он.

– Да. К этому надо привыкнуть, – произнес старшина, похлопывая его по плечу.

Но это были только цветочки. Город оказался весь завален трупами. Кое-где среди мирных жителей попадались наши солдаты и офицеры. Особенно мне запомнился один солдатик, который сидел у фонтана, взяв за руку австрийскую девушку с длинными косами, в которые были вплетены яркие алые ленты.