Тропик Козерога

На последнем ещё лежали тоненький сборник рассказов Чарльза Робертса в одном углу и святое Писание с Молитвословом в другом. А на полках стеллажа вперемешку стояли как классики, которых проходят в школьной программе так собранные в стройные ряды томики Глена Кука и Аберкромби соседствовавшие с трудами Маккиавели, Альфреда Адлера, Ильина, толстым собранием сочинений Лавкрафта и несколькими книжками из современной российской фантастики, которой ныне завалены полки большинства книжных магазинов.

– Значит, я думаю, что мой друг уже рассказал вам обо мне, – произнёс Семелесов голосом не столь уверенным, как хотелось бы ему.

Незнакомец медленно присел, напротив, на стул, стоявший около двери, возле которой остался стоять Кистенёв. Тут только Семелесов обратил внимание на странный взгляд гостя. Невероятно сосредоточенный, слегка исподлобья, быстро уходивший в сторону и тут же возвращавшийся в одну конкретную точку, которой, похоже, был сам Семелесов, словно бы юноша оценивал количество врагов в предстоящей схватке.

– Вы правы, – произнёс незнакомец, удивив «хозяина» уже обращением на «вы». – Если то, что я сумел представить о вас на основании этих рассказов, правда, то думаю, вы подходите мировоззрением.

– Мировоззрением? – усмехнулся Семелесов, хотя усмешку свою он постарался тут же спрятать. – Может быть, сначала хотя бы представитесь.

– Согласен, думаю к делу пока переходить рано, наш случай не из тех, когда промедление подобно смерти, – сделав паузу, гость полез в карман своих брюк и выудил оттуда небольшую серебряную монетку, поддев её большим пальцем, он кинул её Семелесову.

Тот в свою очередь поднял руку вверх, попытавшись схватить ту в полёте, но опоздал, и монетка, стукнувшись о тыльную сторону его ладони, упала на ковёр, заставив поднимать себя с пола, и когда Алексей, наконец, осмотрел её, весьма удивившись, то незнакомец добавил. – Это чтобы избежать в дальнейшем глупых и банальных вопросов относительно того, почему мне нужно верить, понимаете ли, не люблю, когда меня принимают за идиота, даже непродолжительное время.

– Кто вы такой?

– Распространённый вопрос, но боюсь, что моё имя будет звучать слишком странно, а название организации, в которой я служил, будет вам незнакомо, так что пока зовите меня просто Странником.

– Странником? Не через чур ли банально.

– А мне сейчас нет нужды оригинальничать.

– Сколько вам лет хотя бы.