Сатурналии последнего тысячелетия

– Я тебе не дружище, – неприветливо сказал он, – и впредь попрошу тебя не шутить так по поводу моей армии.

– Ну что, о божественный Гней, ты удостоишь нас чести назначить тебя командующим в походе против непокорных Миделл? – спросил император, когда увидел, что полководец полностью успокоился.

Гней вновь встал на ноги и вскинул руку в римском приветствии.

– Слава Великому Императору Сертору! – воскликнул он.

– Ваша воля, мой император, моя судьба, – сказал Гней Сертор после патетического приветствия, – я сокрушу Миделлы, только скажите мне, когда выступить в поход?

– Скоро, мой друг, скоро, – сказал император Сертор и обратился к своему сыну:

– А ты, Гай? Твое решение?

– Я иду, иду! – воскликнул Гай, как будто радостный мальчишка, которому купили боевого коня.

Он последовал примеру Серкса. Вскочил на ноги и вскинул руку в римском приветствии.

– Слава Великому Им…

– Ха ха ха ха… – раздалось со всех концов большого стола.

Даже всегда невозмутимый Гней Серкс не смог сдержать свою улыбку.

– Ты еще юн и глуп, мой мальчик, – сказал император. – Тебе не следует привыкать к этой фразе, ибо ты сам, скоро, станешь императором…

– Это приветствие должен кричать не ты, – сказал Требиус, подойдя к Гаю и похлопав его по плечу, – это приветствие будут кричать тебе твои подданные, привыкай к этому.

– Блестящий совет Требиус, – сказал император.

– Ну а ты, могучий, согласен взять нашего наследника в свой триумфальный поход? – обратился он к Серксу.

– Как прикажете, император, это будет честь для меня, – покорно ответил полководец.

– Миделлы остался последним, еще не покоренным нами, городом варваров, – сказал Требиус. – У них блестящая оборона и мощное оружие, два последних похода нашей армии закончились неудачно.

За императорским праздничным столом установилось продолжительное молчание в память о погибших римских солдатах в этих кровавых походах.

– Клянусь, на этот раз они умоются кровью эти варвары! – воскликнул Гней Серкс, когда памятный ритуал молчания закончился. – Я сделаю почву их земли красной от пятен их крови, клянусь.

Все римляне за столом в знак согласия промолчали. Только юного наследника немного смутила столь нескрываемая жестокость и ярость полководца.

Спустя несколько дней весь Рим начал готовиться к военному походу против последнего непокоренного государства – Миделл.