Книга света. Том 2. Освободители, или неизбежный и необратимый конец

…она была построена, в основном, из шатров и палаток…

***

Лорк продолжал расти в новой среде и становился сильнее и сильнее. Когда ему исполнилось 9 лет, он, помимо всего, был уже и умелым лодгиром (воином или солдатом на оркском языке), которого не боялись ставить в первые ряды, а «боёв» (ограблений, захватов ферм и малых городков) было немало. К тому же оружие не причиняло ему никакого вреда и, как ни странно, орки прислушивались к нему.

По просьбе Лорка орки больше не нападали на большие города, но не потому что ему было жалко людей, а потому, что орки не могли их удержать: завоёванный орками город подкрепление людей из другого города быстро окружало, уничтожало и брало в плен невезучих орков.

В один из дней, придя в палатку вождя, замявшись, Лорк обратился к своему вождю:

– Мой вождь, знаю, я не вправе обращаться к вам, но у меня есть предложение, касаемо людей.

– Говори, не забывай: ты – орк, – гордо напомнил Мок-Нарел.

– Говори, не забывай: ты – орк, – гордо напомнил Мок-Нарел…

– Я знаю, – понимающе согласился Лорк. – У нас всё хуже и хуже обстоят дела с войной против людей.

– Да, дела наши плохи, – согласился Мок-Нарел. – Вместо того чтобы дрожать от страха за своими стенами, они начали нападать на наши кочевые города. Они берут наших в плен и загоняют их в рабство.

– Именно, хотят. И так как я – орк, я не хочу этого для своего народа.

– Что же ты предлагаешь, юный орк? – властно спросил вождь.

– Мы нападаем без логики и какой-либо практики, единственная цель – убить побольше людей, и делаем мы это, не желая помогать друг другу. Пора прекращать сражения только за себя.

– Но это наши традиции, наша сущность! Мы те, кто мы есть, и нас не изменить, – задумчиво произнёс Мок-Нарел.

– Но если мы не изменим традициям и не изменимся, то мы все погибнем! – воскликнул Лорк.

– Мы умрём свободными, зная, что наши предки горды за нас! – гнул свою линию Мок-Нарел.

– Нет, люди нам этого не позволят, – возразил Лорк. – Они загонят нас в рабство и мы умрём, как рабы, в их лагерях смерти.

– Каменоломни, шахты, рудники… значит, это – наша судьба, – спокойно сказал вождь.

– Может, это и наша судьба, но не наших детей – они родятся рабами и будут ими вечно.