Христиане

– Убрать его… – вновь прозвучало в полумраке пещеры.

Кифа ждал того, что ему скажет Ермон. Он не обращал никакого внимания на возгласы темных фигур возле костра. Взгляд его был сосредоточен лишь на лице своего любимого учителя.

– Тихо, братья, молю вас… – проговорил епископ.

В полумраке пещеры вновь установилась тишина. Костер на каменной плите почти догорал.

– Я вверяю заботу об этом заблудшем человеке ему, – сказал епископ, указав своей рукой на Кифу, – пусть он примет решение, что делать с этим помешанным убийцей.

Кифа кивнул головой в знак согласия взять на себя решение судьбы Давида.

– Более того, ему я вверяю право руководить судом… – продолжил епископ.

– Судом над безбожниками и богохульниками, правом устроить херем!

Последние слова епископа Ермона вызвали большое волнение среди собравшихся. Кифа был удивлен, он с непониманием и вопросом в глазах своих смотрел на епископа.

– Тебе, тебе, сын мой, предстоит руководить восстанием, в котором мы покараем всех наших притеснителей! – продолжал в жутком исступлении епископ.

Кифа как и епископ пребывал в радостном исступлении. Слова Ермона, и его искренняя любовь к своим ученикам вдохновила и вселила в него большую радость.

– Суд над безбожниками мы начнем тогда, когда главный мучитель вернется в Иудею. – сказал Ермон, выходя из своего пугающего исступления. – Ты должен подготовить свою паству к восстанию.

Кифа одобрительно кивнул головой.

– Ты должен подготовить своих последователей к мученичеству и возможной смерти. Мы можем погибнуть, если все дело провалится, но погибнем мы с радостью на наших лицах, во имя Бога и царства его… – патетически заключил епископ.

– Я готов, учитель… – с одобрением произнес Кифа.

Тяжелое молчание установилось в полутемном склепе, среди собравшихся заговорщиков.

– Что агнец твой? Тот мальчик? Готов ли он? – вдруг спросил Ермон у Кифы.

Глаза Кифы сверкнули огоньком застенчивости. Губы его крепко сжались.

– Он готов, учитель, он последует за мной… – робко ответил он.

Ермон лишь слегка кивнул головой.

– Теперь ступал, сын мой… Твое стадо агнцев ждет тебя. – сказал в заключении епископ. – Ступай…

Юноша поднялся со своего места, с великой любовью посмотрел на своего учителя, и немедля направился к выходу из темного погреба. Там, наверху, его ждал верный, хотя и весьма опасный, друг.