Дорога особого значения

И сейчас, должно быть, те, кто уцелел, среди своих. И командование у них спрашивает: а куда подевался командир дивизии полковник Звягин? Может, он убит? А если не убит, то где же он? Как вы думаете, что они говорят в ответ? Барышня, этот вопрос касается также и вас.

– Не вам об этом рассуждать. – Полковник Звягин открыл глаза и со злобой взглянул на адъютанта. – Если что – я отвечу сам.

– Это конечно, – согласился адъютант. – Вот только что именно вы ответите? Почему вы здесь, а ваши солдаты – там?

– Ну, так и вы тоже здесь, а не там, – сказал Звягин.

– А что я? – возразил адъютант. – Я при вас. Так сказать, по долгу службы. Ну, про барышню мы и вовсе говорить не будем. Что барышня? С нее спросу нет. Но все-таки мне интересно – что дальше? Почему мы сейчас здесь, а не там?

Адъютант повернулся и указал рукой вдаль, туда, где затихала отдаленная стрельба. Полковник Звягин выхватил из кобуры пистолет и трижды выстрелил в адъютанта. Тот вздрогнул, недоуменно посмотрел на полковника и упал.

Звягин выстрелил в адъютанта еще два раза. Катя вскрикнула и испуганными глазами взглянула на полковника.

– Вот так, – деревянно улыбаясь, сказал Звягин. – Вот так… А ты не кричи. Не надо кричать. А то вдруг услышат…

– Вы… вы его убили! – в ужасе произнесла Катя. – Своего…

– Он сам себя убил. – Деревянная улыбка не сходила с губ Звягина.

– Зачем? – Катя не могла прийти в себя. – Зачем вы его застрелили?

– А ты что же, хотела, чтобы он застрелил меня и тебя? – зло выговорил Звягин.

 – Вишь, как он завел! Почему мы здесь, да что я скажу… А дальше дошло бы дело и до стрельбы. Не зря же он снял автомат с шеи. И что же – было бы лучше, если бы он застрелил нас, а не мы его?

На это Катя ничего не ответила. Она не сводила испуганных глаз с мертвого адъютанта.

– И все равно я не понимаю… – наконец проговорила она.

– Чего ты не понимаешь? – взглянул на нее Звягин. – Ну, что тебе непонятно?

– Я не понимаю… – повторила Катя.

– Хорошо, я тебе объясню, – сказал Звягин.

 – Растолкую. Первое: возвращаться туда, – он указал рукой куда-то вдаль, – нам нельзя. Там нас не пощадят. Там для нас – смерть.

– Почему же? – тихо спросила Катя.

– Потому что моя дивизия там, а я здесь! – резко ответил Звягин и кивнул на мертвого адъютанта: – Он был прав. Что я скажу там, – он опять указал вдаль рукой, – когда меня спросят? Кто станет слушать мои объяснения и оправдания? Я завел дивизию в мешок, и я ее из мешка не вывел.