Дорога жизни

– Джемал? – негромко произнес парень через несколько минут.

– Да, слушаю тебя, – послышался знакомый голос.

– Вы можете говорить?

– Конечно. Давно жду от тебя известий. Как наши дела?

– Все отлично. Есть свежая информация.

– Да? Готов выслушать.

– Записывайте или запоминайте.

Весь остаток дня до поздней ночи Михаил Суслов был на связи с представителями сирийской разведки и решал задачу, поставленную генералом. Он разговаривал с командирами частей и подразделений правительственной армии, расположенных вблизи маршрута, озвученного Орловым.

Утром сразу после общего построения личного состава подполковник подошел к Грубанову.

– Виктор Алексеевич, ваше приказание выполнено, – негромко сказал он.

– Докладывай! – приказал тот.

– Конечно, стопроцентной гарантии никто дать не смог. Но практически все сирийские офицеры, с которыми я говорил, заверили меня в том, что ПЗРК в распоряжении боевиков нет.

– Ты опросил всех командиров?

– Да, товарищ генерал. Всех, подразделения которых расположены вблизи предполагаемого маршрута.

Только в одном месте, рядом с селением Руман, была замечена группа боевиков с переносным противотанковым ракетным комплексом.

– С «Джавелином»?

– Так точно – FGM-148 «Джавелин».

– Хоть одна приятная новость.

– Вы считаете ее приятной?

– Разумеется. Эта старая американская хрень не способна помешать нам выполнить задачу, поставленную перед нами, – проворчал генерал, промокая платком вспотевший лоб. – Пригласи-ка через полчаса в мой кабинет моих заместителей и начальников служб.

Будем принимать решение по переброске контейнеров с лекарством.

Через тридцать минут в кабинете Грубанова снова собрались те люди, которые за день до этого принимали участие в обсуждении проблемы. На столах, помимо минеральной воды и пепельниц, появились два кофейника, десяток небольших чашек и ваза с фруктами.

Сирийские гости уселись на прежние места.

Вчера генерал неплохо рассмотрел доктора Хатара.

Лишь сегодня он обратил внимание на его помощника Абдула Дакуни. Это был молодой высокий мужчина с ровно подстриженной черной бородкой и правильными чертами лица. Хорошая осанка, неплохие манеры, вполне приличное знание русского языка.

Во время вчерашнего совещания его голоса практически никто не слышал. Лишь пару раз он склонял голову к шефу и негромко подсказывал ему нужные слова, когда тот произносил длинный монолог об эпидемии, вспыхнувшей в Эр-Сабахе.