Детонатор

– Это правильно, – сказал Беридзе, хотя было заметно, что лично он обошелся бы без проблем и испытаний.

Скучный человек. Ограниченный. Сердюк нахмурился:

– Заводи тачку. Поезд на подходе. А я пока с Селезенкой свяжусь, нехай готовится семафор переключать. – Сердюк включил смартфон и вызвал Селезнева, отвечавшего в отряде за всякие компьютерные и электронные штучки. – Боевая готовность номер один, – сказал он. – Вы на месте?

– Со мной Комиссаров, Кястис и Кроха, – отрапортовал Селезнев. – У Кястиса прицел на гранатомете сбился, но он уже наладил.

В трубке послышалась возмущенная реплика Стефана Крохи, начисто лишенного чувства юмора, и Селезнев заржал. Конечно, никаких сабель у группы не было, а лишь автоматы Калашникова, ручные противотанковые гранатометы и даже легендарный «Узи», о котором написано гораздо больше добрых слов, чем он того заслуживает.

– Разговорчики! – прикрикнул Сердюк.

Он немало лет отдал службе в украинской национальной гвардии и имел хорошо поставленный командирский голос, заслышав который умник Селезнев по прозвищу Селезенка предпочел заткнуться.

– Действуем по плану Б, – продолжал Сердюк. – Помнишь, что от тебя требуется?

– Переключить семафор и остановить поезд, – отрапортовал Селезнев.

– Компьютер не подведет?

– Я не только семафор, я всеми железнодорожными стрелками манипулировать могу.

– Это лишнее. Остановишь поезд, и все. Но по сигналу, без самодеятельности.

– Попытаюсь.

– Ты не попытайся, ты сделай.

– Не первый год работаем, – откликнулся Селезнев.

– Главное, чтобы не последний, – отрезал Сердюк. – Кроха и Кястис нехай выдвигаются на огневой рубеж. Я скоро буду. Отбой.

Он выключил смартфон. Повинуясь его кивку, Беридзе включил зажигание.

– С богом, – буркнул Сердюк.

Грузин промолчал. Он полагал, что Господа лучше в темные делишки не впутывать. Он сам по себе, а они сами по себе.

Пассажиры скорого поезда Москва – Челябинск спали на своих полках – кто мирно, кто беспокойно, кто с надсадным храпом, кто тихо сопя в две дырочки. Пиво было выпито, харчи ополовинены, вода булькала в бутылках, пристроенных так, чтобы можно было нашарить в темноте. Под рукой также находились мобильники, чтобы, проснувшись, поинтересоваться временем, которое в вагонах течет, как обычно кажется, медленнее, чем снаружи.