Детонатор

Просто выставлю тебя из вагона, а там пусть с тобой руководство разбирается.

– Так пиво же, не водка! – упирался Белоусов, хотя уже было видно, что он сдается.

– Я слышал, что пиво. А ты меня слышал? Иди вылей.

Достав из сумки коричневую двухлитровую бутыль, Галкин насупился и направился к выходу.

– Погоди, – остановил его Белоусов.

– Чего? – В глазах парня засветилась надежда.

– Вторую прихвати.

– Ну ты даешь! Какую вторую?

– Ту, что рядом с первой, – невозмутимо сказал Белоусов.

Хмыкнув, Галкин извлек из сумки вторую двухлитровую бутылку пива.

– Как узнал? – поинтересовался он.

– Догадался. – Белоусов пожал плечами: – Такому лосю разве ж двух литров хватит?

Галкин ухмыльнулся, а потом нахмурился.

– Гад ты все-таки, Георгий Николаевич, – сказал он.

– Гад, – согласился Белоусов. – Еще какой. Но исключительно по долгу службы, а не из вредности. Так что ступай, парень, ступай.

Он указал на дверь.

За окнами как раз объявили отправление скорого поезда Москва – Челябинск.

Состав дернулся и поплыл вдоль перрона, на котором столпились провожающие.

– Туалет, наверное, еще закрыт, – предположил Галкин, перетаптываясь в коридоре.

Видимо, он еще надеялся на то, что суровый начальник смягчится, но чуда не произошло.

– У нас открыт, – заверил Белоусов. – Полная автономия.

Испустив еще один тягостный вздох, Галкин зашагал в сторону заднего тамбура. Там находился второй пост охранения, за который отвечали двое бойцов группы сопровождения – Валера Беляев и Ваня Юдин.

Галкин рассчитывал проскользнуть незамеченным, но Юдин, как назло, торчал в тесном закутке возле туалета, поправляя ремень укороченного автомата Калашникова, болтающегося у него на плече. Из тамбура явственно тянуло сигаретным дымом, его товарищ стоял там и курил.

– Пивка для рывка? – пошутил он, увидев Галкина с двумя внушительными бутылками в руках.

– Прокисло, – сказал Глеб, которому совсем не улыбалось объяснять, что с ним обошлись, как с каким-то салагой.

– Быть того не может, – авторитетно заявил Юдин.

 – Оно же пастеризованное.

– Говорят тебе, скисло.

Галкин хотел уже протиснуться в туалет, когда его осенила блестящая, как ему показалась, идея.

– Слушай, – сказал он, – а ведь и правда!

– Ты о чем? – насторожился Юдин.

– О пиве. Не могло оно скиснуть. Забирай. С тебя четыре сотни.

– «Мушкетерское»? – Юдин взглянул на этикетку. – Не-а. Оно по восемьдесят.

– Бери за двести пятьдесят, – решил Галкин. – За оба баллона.