Даманский. Огненные берега

У капитана Чхеидзе с «Куликовских сопок» супруга ныла полтора года, мучилась, не знала, куда себя деть, в истерику кидалась, обещала руки на себя наложить. Однажды он приходит с боевого дежурства, а в доме пусто, только записка на столе, мол, извиняй, дорогой, дошла до точки, уезжаю на Большую землю, к маме в Адлер, не вздумай меня искать… А как ее искать? Через день в наряд или караул – заменить некем. Так запил человек с горя, совсем плохой стал…

– Михаил Евгеньевич, зачем вы об этом рассказываете? – поморщился Стрельцов.

 – Помню эту особу, ей все не так было, ветреная она, несерьезная. Не это сейчас надо нашему молодому лейтенанту. Не слушайте его, Павел Константинович. Это, кстати, мой заместитель по политической части Писарев Михаил Евгеньевич, прошу любить и жаловать.

Замполит приподнялся, протянул узкую руку, показавшуюся Павлу изнеженной. На эмоции он был небогат, но глаза цепляли – вопросительные, изучающие.

– А это лейтенант Орехов Юрий Борисович, – представил Стрельцов другого участника собрания.

 – Командир первого взвода. Три года на заставе, засиделся в лейтенантах, пора повышать.

Парень был постарше остальных взводных, имел твердую руку. Его приветствие не затянулось.

– Я свободен, товарищ капитан?

– Да, можете идти, – кивнул Стрельцов. – Я сообщу руководству погранотряда. Возможно, это ложная тревога. А может статься, что назревает очередная провокация.

Орехов козырнул и удалился. Офицеры молчали, погрузившись в задумчивость.

– Есть проблемы, товарищ капитан? – тихо спросил Павел.

– Ну, можно и так сказать, – Стрельцов кашлянул. – Теперь это и ваши проблемы, лейтенант. Есть информация от не зависящих друг от друга источников, что на том берегу Уссури происходит скопление подразделений Китайской народной армии. Примерно три пехотные роты. У них стрелковое оружие, пулеметы, штатный комплект боеприпасов, продовольствия. Живут в палатках примерно в полутора верстах от реки, занимаются физической и боевой подготовкой, зубрят свои идейные установки…

– А зачем они там скапливаются? – не понял Павел.

– Вот именно – зачем? – хмыкнул замполит. – Может, учения, максимально приближенные к территории вероятного противника… Раньше в драки бросались без оружия – кулаками махали, палками…

– Какие драки? – Павел оторопел.

– Эх, темнота непросвещенная… – Стрельцов вздохнул, подошел к карте, провел карандашом по голубой полосе, рассекающей изображение по диагонали.