80 сигарет

Все это были мелочи, не приносящие ни настоящей славы, ни серьезных денег, однако они упорно продолжали идти к своей цели.

И все же порой, когда не было концертов, пьяных вечеринок, когда из его постели уходила очередная любовница, чужая и почти незнакомая, Герман задумывался о семье. Представлял себя семейным человеком. Мужем. Отцом. Отцом вот такой же девчушки в желтом сарафане и с двумя забавными хвостиками. Смешно, конечно. В сущности, он и сам был еще ребенком. Ему было девятнадцать.

Он хотел прожить две жизни.

«Хватит!» – приказала себе Нина.

Она вновь прогнала воспоминания.

– Вы уверены, что не хотите, чтобы мы вас подвезли?

– Да, уже все отлично, – бодро ответила Нина. – Правда, того же нельзя сказать о моем лице.

Она нагнулась к сумочке у своих ног и выхватила из нее зеркальце. Взглянув на свое отражение, шутливо воскликнула:

– Какой ужас! Я боюсь, как бы теперь Алису не замучили кошмары, – посмотрев на девочку, Нина скривила смешную рожицу и скосила глаза к переносице.

Алиса смутилась и, прыснув смехом, побежала обратно к машине.

– Ну что же, кхм, если вам ничего больше не нужно, тогда мы поедем. Вы точно уверены, что…

– Абсолютно, – мягко перебила мужчину Нина, – поезжайте. Я уже говорила, за мной скоро приедут.

– До свидания.

Крохотной нитью блеснула молния, но грома не было слышно. Дождь шел в другую сторону.

– У вас прекрасная дочка! – крикнула Нина на прощание, когда пара подходила к своей машине.

Они помахали ей в ответ.

И тут Нина услышала далекий шум мотора.

Глава 12

Звук доносился со спины. Еще тихий, но с каждой секундой Нина слышала его все громче. Она самодовольно ухмыльнулась. Ей не нужно было оборачиваться, чтобы убедиться в своей правоте. Она и так знала: это Токарь. Он возвращался за ней. Было мгновение, когда Нине подумалось, что Токарь уехал навсегда. От этой мысли холод волной пробежал по ее телу. Она готова была убить себя за то, что потеряла его, что допустила это своим идиотским поведением.

«Патрол» жалобно завизжал тормозными колодками, накренился своей мордой почти до самого асфальта, затем выпрямился и замер. Какое-то время Токарь оставался в машине, потом распахнул дверь и быстрыми шагами направился к Нине.

На этот раз лицо девушки не выражало всепрощающую покорность, как это было прежде.