Восставшие из рая

Поначалу лес вроде бы поредел, и я уж было обрадовался, что вот сейчас он кончится, и я выйду к хутору – почему-то я был уверен, что выйду именно к хутору – но вскоре деревья вновь придвинулись вплотную, подлесок стал гуще, и мне пришлось, чертыхаясь, просачиваться через него. В прямом смысле. Это было не больно, но весьма неприятно – когда что-то инородное двигается внутри тебя (или ты двигаешься, пропуская через себя инородное тело, что, в сущности, одно и то же).

А потом впереди снова посветлело – и тут мне показалось, что здесь я уже был, что я брожу по кругу, и… Точно! Я помнил эту замшелую сломанную осину слева от тропинки – от нее словно исходило нечто отталкивающее, недоброе – и сейчас это ощущение накатило на меня снова.

Заблудился!

И тут во мне проснулся кто-то другой, кто не мог заблудиться нигде и никогда; даже сейчас ОН точно знал, куда надо идти, – и я послушался этого голоса… нет, не голоса, но послушался. Тянуло меня туда, вот что – прочь от чертовой осины, туда, где в сплошной стене вековых стволов виднелся расширяющийся просвет, и я уже не обращал внимания на проходящие сквозь меня ветки, с удивлением отмечая, что самые тонкие прутики все же отклоняются под моим напором; я почти выбежал на открытое место – и сразу увидел прямо перед собой хутор.

Очень похожий хутор. Даже слишком. У крайней хаты на лавочке сидели трое и увлеченно беседовали, размахивая руками. Один из них был на удивление знакомый бородатый дед, а двое других…

Это были Талька и Бакс.

Глава восьмая

Я заявляю,

Что оба света для меня презренны,

И будь что будет…

    В. Шекспир

…Черчек – как я успел понять, не наш фермер, а его дед или прадед – продолжал что-то говорить, Бакс время от времени понимающе кивал, Талька то и дело встревал с разными вопросами, а я сидел и смотрел на своего сына. Сын. Мой. Рядом. Живой…

Живой?

Из того, что я успел уловить из пространного рассказа старика, следовало, что все мы – покойники.

И наше полупризрачное состояние это подтверждало. Значит, вот он какой – мир загробный… Ни ангелов с трубами, ни чертей с вилами. Обычный затерянный в лесу хутор, обычный бородатый дед, родственник другого деда с другого хутора, на котором мы были ТАМ. Рай или ад? Да нет, слишком примитивно – рай, ад… Кто-то правильно заметил, что «в жизни все не так, как на самом деле».