Чужое тело

– Вот и отлично, не звони. Не забудь, что утром на работу. Разрешаю опоздать на два часа. Все, спи… если сможешь.

Я отключился, перевел дыхание. Варвара с Сергеем Борисовичем выразительно переглянулись – да, это точно он. Пациент скорее жив, чем мертв.

– Никита Андреевич, если не возражаете, я позвоню медикам, мы должны им сообщить о вашем чудесном исцелении, вы понимаете… – Якушин помялся, – такое не каждый день случается. Нужно провести полное обследование, сделать ЭКГ, ЭЭГ…

– Давайте не сейчас, – взмолился я.

– Хорошо. – Якушин помедлил. – Я распоряжусь об отмене мероприятий… вы понимаете каких. Хотя, подозреваю, что Лариса уже всех обзвонила и дала соответствующие распоряжения, м-да… – Сергей Борисович не сдержался, прыснул. – Ладно, медиков вызовем позднее. Рассказывайте, что с вами приключилось. Кофе хотите? Есть булочки – на предмет пожевать…

– А у меня есть желудок, – вздохнул я. – На предмет вывернуть его наизнанку.

Я снова курил, повествовал о своих злоключениях.

– Это полная версия? – спросила Варвара.

– Полнее некуда.

– Все правильно, – откашлявшись, начал Якушин. – Типичные внетелесные околосмертные переживания. Вам было радостно, спокойно, вы испытывали чувство гармонии. Считали себя способным проникнуть в суть мистических и религиозных событий. Но вместе с позитивными переживаниями многие люди, перенесшие состояние клинической смерти, описывают адские картины огня, какие-то устрашающие сцены, видели людей в состоянии страдания.

– Не успел, – буркнул я, – так некстати все оборвалось. Хочется сказать «спасибо» нашей медицине, но в данном случае она принесла больше вреда, чем пользы.

– Подтверждается сохранение сознания после полного отключения мозга, – заметила Варвара, – а мозг, как известно, отключается после остановки сердца. Но все это окутано неясностью… Кто-то видит картины из прошлой жизни, другие начинают говорить на незнакомых языках – причем в совершенстве… – Она с подозрением уставилась на меня.

– Да, ксеноглоссия, слышал, – проворчал я. – Но я с вами на суахили общаюсь? Как такое возможно, Сергей Борисович? – задал я самый острый для этой ночи вопрос. – Реанимация не помогла, меня привезли и бросили, объявив мертвым. Человек не может выйти из клинической смерти без врачебного вмешательства. Как такое произошло?

– Не знаю, – смутился Сергей Борисович.