Чужое тело

На лице искаженная маска – полумрак ее не столько скрывал, сколько подчеркивал. Я попятился, заскрипела конструкция, в которую я оперся спиной, сдвинулась с места. У этих существ реальное чувство юмора… Доходило медленно – сквозь недоумение, полное неприятие случившегося. «Куда вы его везете?!» – «В морг судебной медицины, гражданочка, утром будут делать вскрытие. Так положено, такая процедура…» Но я не хочу, чтобы мне делали вскрытие! Я снова себя ощупывал. Никаких шрамов во все пузо, ничего такого. Я умер, пережил клиническую смерть, а потом вернулся.

Возможно ли такое, учитывая, что медикам не удалось реанимировать меня на месте? Готов ли я это выдержать?

Я покрывался холодным потом, стучали зубы. Уж лучше в мусорном контейнере очнуться… Может, снова умру? Но нет, не похоже. Суставы работали, организм функционировал. Подгибались ноги, но это нормальное явление. Я старался дышать размеренно, «включил» голову. Только не пороть горячку, спешить особо некуда. Вскрытие еще не делали, это утром, а пока – ночь.

Я находился в состоянии клинической смерти несколько часов. Почему я вернулся? Первый срок клинической смерти длится не больше пяти минут. Головной мозг не снабжается кислородом, но высшие его отделы сохраняют жизнеспособность. Оживление людей возможно, но гибнет кора головного мозга. Второй срок клинической смерти может длиться до получаса, больного еще можно извлечь с того света. Но надо замедлить процессы дегенерации высших отделов мозга – специальные медицинские процедуры. Длительность клинической смерти при поражении током можно растянуть при искусственном охлаждении или другими методами – фармакология, кислород при повышенном давлении, введение в анабиоз, переливание крови… Но ничего такого со мной не делали! Реанимация не удалась.

Констатировали смерть, привезли и бросили. За время, что я провалялся в морге, несколько раз должна была наступить биологическая смерть! Я уже дегенерат? Почему я очнулся? Кому это понадобилось?

Нет, мой мозг работал. Лихорадка усиливалась.

Я не знал, что делать, куда бежать – элементарный путь к свободе был пока отрезан. В голове худо-бедно потекли процессы, возникали видения из прошлого.

Жизнь в спецназе Министерства обороны, ранение, рапорт об увольнении со службы… Родной Новосибирск, в котором я трудился на поприще частного сыска. Детективное агентство «ЧП Ветров. Частные расследования». Вся контора – я да Римма Казаченко, верная помощница, секретарша, делопроизводительница и заноза в одном месте.