Сеть для Миродержцев

– Прихворнул, да? Глянь: отличное мясцо, опять же, змейки печеные…

Гаруда невольно облизнулся, а я понял, что пришла моя очередь удивляться – Проглот предлагает поделиться змеями?!

– Меня хвори обходят,– пророкотал Ревун.– Но если мяса не положено моим… подчиненным – значит, и я его есть не стану! Всем – или никому! Наливайте молока, уроды (последнее относилось к поварятам)! Буду жрать ваше небесное хлебово – как все; хоть меня от него уже воротит!..

На мгновение в его голосе прорвался властный рык прежнего Раваны, и я, как ни странно, расслабился.

Все-таки ни ад Ямы, ни рай Опекуна не смогли до конца изменить буйную натуру отставного Десятиглавца!

Приятно, когда видишь что-то постоянное…

Перед Раваной, словно по волшебству, возник огромный кувшин молока, блюдо с еще горячими медовыми булочками, второй кувшин поменьше – с простоквашей…

Ракшас-исполин молча кивнул и с хмурым видом взял кувшин с молоком за горлышко, словно намереваясь свернуть ему шею.

Мы с Гарудой, не сговариваясь, пожали плечами и тоже принялись за еду.

Но я заметил, как искры уважения сверкнули в глазах Лучшего из пернатых, который никогда не умел притворяться.

Некоторое время мы вкушали завтрак молча, утоляя первый голод. Журчала простокваша в глотке Раваны, я налегал на фазанов, но быстрее всех расползались со стола аппетитные змеи. Пригласи я сюда дружину Марутов и Словоблуда впридачу, нам всем, вместе взятым, нечего было и думать, чтобы угнаться за Проглотом! Наконец, насытясь и отхлебнув из чаши с сомой, я решил, что пора переходить к делу.

Однако переходить следовало исподволь, чтобы ни Лучший из пернатых, ни Ревун не заподозрили, насколько все это меня интересует. Так, праздный разговор на сытый желудок…

Я постарался припомнить наши беседы с Брихасом – учитель словоблудия у меня был достойный!

Не посрамим же науки…

– Послушай, Равана, а что ты вообще забыл в Вайкунтхе? – я с самым невинным видом поднял глаза на ракшаса, одновременно обгладывая фазанью грудку.

– А ты бы предпочел, чтобы я сейчас гнил в Преисподней? – оскалился в ответ бывший Десятиглавец.

Уж что-что, а скалиться он умел знатно!

Даже со сдобой в пасти.

– Хотел, не хотел… Сам знаешь: кто старое помянет, тому ворон глаз выклюет! – пословица свернула куда-то не туда, но Раване, похоже, именно этот поворот пришелся по душе.