Путь Меча

Потом так изогнуться пришлось, чтобы в кость железную не въехать, что успел только небо поблагодарить за гибкость свою врожденную да за пальцы Придатка Чэна, которыми я его учил крюки стальные из стен выдергивать и мух на лету ловить, крылышек не повредив! Ладно, что теперь зря расстраиваться…

Потом Придатки Гвениля и Но-дачи мелкие монетки «гитрифи» в «корову» по очереди кидали, а я в место попадания входил и обратно выныривал, пока монетка на землю соскальзывала. Тут Гвениль почему-то заблестел весь, словно пакость какую придумал, и Придатка своего ко мне ведет.

– Слушай, Однорогий… – говорит, а тут и Но-дачи рядом оказался, почти вплотную.

– То бишь Высший Мэйланя Однорогий Дан Гьен, – поправляется Гвениль. – Тут у нас спор один зашел…

Ну что с него взять? Он ведь не со зла, просто говор у него такой, без тонкостей, как у всех лоулезцев. Помню, я как-то битый час объяснял ему разницу между «однорогим» и «единорогом». Выслушал меня эспадон не перебивая, а потом и спрашивает:

– Ну рог-то у него один?

– Один, – говорю.

– Ну и нечего мне лапшу на крестовину наматывать! – отвечает.

Лапша – это еда такая, Придаток Гвениля ее очень любит. Поговорили, значит…

Правда, с тех пор он меня чаще всего правильно зовет. А в турнирном запале – как получится.

– …спор один зашел, – продолжает меж тем Гвениль. – Соперник мой интересуется: дескать, когда он меня в рубке победит – заметь, «когда», а не «если»! – то как ему с тобой в Беседе работать, чтоб внешность твою замечательную не повредить ненароком.

Улыбнулся я про себя, но виду не подал. Сам Гвениль при первой своей Беседе со мной на том же вопросе и ожегся, так что ему теперь кого другого подставить – самое милое дело!

Повернулся я к Но-дачи, а тот молчит серьезно и ждет.

– Тебя, – спрашиваю, – в землю до проковки зарывали?

– Зарывали, – отвечает. – На девять лет, как положено.

– Ладно, – киваю. – А полировали небось дней пятнадцать?

– Да, – отвечает, но уже тоном ниже.

– Хорошо, – говорю, а сам у Придатка Чэна над головой вытягиваюсь вроде радуги. – Ты – гость, тебе и рубить первому. Давай!..

Молодец он оказался! Гвениль по первому разу – и то постеснялся, поосторожничал, а этот с Придаткова плеча и полоснул наискосок, без замаха! Принял я его на полкасания – еще подумал, что Гвен потяжелее будет, – а там из-под него вывернулся, Придатка Чэна вправо увел и в дугу согнулся.