Приют героев

Тихий Трибунал занимался уже совершенными преступлениями, и то лишь при наличии неоспоримых доказательств, а тут возникала чудесная возможность упреждать. Цель оправдывала средства. Высокая Наука – слишком резвая лошадка, чтобы управлять ею при помощи одной узды. Шпоры тоже не помешают. Острые зубчатые шпоры с колесиками.

Жизнь продолжалась.

Более трехсот лет Надзором руководили одни и те же имена. Состав капитула менялся, умирали старики, рождалась молодая смена. Но всегда, кого бы ни избрали в члены капитула, он был обычным, чуждым магии человеком.

И всегда отказывался от собственного имени, беря имя предшественника.

Эйрик Кетиль, Овадия Клин, Балтазар Монтего, Гувальд Мотлох, Доротея Рэнфрю, Анна-Мария Елица и Антек Ронцер.

Семеро.

Навеки.

Впрочем, Надзор Семерых никогда не превратился бы во влиятельную силу, если бы не профосы ордена – волшебники, сознательно отдавшие себя делу служения. Маги, пострадавшие от безумств собственных коллег. Ревнители законов, претерпевшие от нарушителей.

Волкодавы Надзора.

Блокаторы.

Перебродившие в чанах, как виноградный сок.

Вину больше не стать виноградом. Не созревать на лозе, не радоваться солнцу и хорошей погоде. Не шептаться с листьями и ветром.

Но вино может ударить в голову.

Caput IV

«То не шум за стеной, то не тень за спиной – то удача идет стороной…»

Заданный тон позволял как принять, так и вежливо отклонить безмолвное приглашение. Конрад колебался лишь мгновение. Он чудесно понимал, что нынешний Гувальд Мотлох – не тот нищий упрямец, который основал Надзор.

Имя прежнее, а человек – иной. Этот вполне мог вправлять суставы и разминать мышцы клиентам салона «Умелые руки», прежде чем несчастье или случай толкнули его в объятия ордена-невидимки. И потом, когда еще член капитула Надзора Семерых предложит сделать массаж обер-квизитору Бдительного Приказа в присутствии царствующей особы?!

Надо пользоваться случаем.

– Благодарю. Вы очень любезны.

Барон улегся на топчан лицом вниз – как до него капитан Штернблад – и постарался расслабиться.

Но вскоре продолжил разговор, ибо король ожидающе молчал.

– Разумеется, господа, я постараюсь выяснить содержание злополучных писем. Не исключено, что они вписываются в изначальную версию, согласно которой борьба чистых начал вышла за пределы Черно-Белого Майората. Но также не исключено, что содержание писем коренным образом изменит картину преступления.

Пауза.