Черная тень под водой

– При всем уважении, товарищ капитан, – буркнул Казанцев, потирая отбитое колено, – но вы даже пальцем не пошевелили.

– А вы на что? Такая простая задача. Ладно, мы не милиция, чтобы бороться с уличной преступностью.

Гражданин в шляпе все еще трясся. Он сидел на коленях и сгребал в портфель рассыпавшиеся бумаги. Очки свалились с носа, он заморгал, стал шарить по земле рукой, нашел утрату, нацепил на нос. Щелкнул застежкой портфеля и бросился поднимать портмоне.

– Господи, как я благодарен, товарищи… – заикаясь, пробормотала несостоявшаяся жертва.

 – Они бы убили меня, это такие люди, для которых человеческая жизнь ничего не стоит… Ума не приложу, откуда они взялись, шел, никого не трогал, налетели, как коршуны, прижали к стеночке… Спасибо вам огромное, товарищи…

Он распрямился, облизнул губы. Не сказать, что гражданин выглядел карикатурно, но как-то необычно для этих мест. Явный интеллигент – такие не только сдачи не дадут, но и матом не ругнутся. Щекастая физиономия, очки, дурацкая шляпа. Плащ был расстегнут, одна из пуговиц болталась на честном слове.

Он носил короткие, как у клоуна, брюки – из них торчали носки. Оперативники с любопытством разглядывали испуганного человечка.

– Я Сикорский, – поспешил представиться гражданин. – Инженер Сикорский Даниил Евгеньевич, имею научную степень по химии, сам из Сестрорецка, прибыл в Гдышев с тамошнего химического завода. Буду работать на «Вымпеле», имею приглашение возглавить один из научных отделов… Прибыл только позавчера, пока плохо ориентируюсь в городе, шел на съемную квартиру, которую подготовило начальство, – и вот пожалуйста…

– Военная контрразведка Смерш, гражданин Сикорский.

 – Алексей показал удостоверение.

Обладатель знаменитой фамилии снова начал зеленеть. Слово из пяти букв, произнесенное незнакомцем, было не самым желательным в этой стране.

– О, мой бог… вы собираетесь задержать меня, товарищ? – голос инженера окончательно сел.

– А есть основания? – строго спросил Алексей.

– Что вы, конечно, нет… Я законопослушный гражданин, никогда не делал ничего предосудительного, буду работать в закрытом отделе при заводе… но пока еще не работаю, официально трудоустроен с понедельника… А эти бумаги в портфеле… – Сикорский стал судорожно клацать застежкой.

 – Это мои личные рабочие записи, в них нет ничего секретного. Неужели я бы вынес с завода что-то секретное? – Сикорский стал вытаскивать свои бумаги.

– Оставьте, Даниил Евгеньевич. Нам нет дела до ваших бумажек. Можете идти.