Пожиратель душ. Об ангелах, демонах и потусторонних кошмарах

Хартли помахал водителю и, когда грузовик остановился, запрыгнул на подножку.

– Ребята, для вас есть работенка, – сказал он двоим рабочим. – Нужно вывезти из сада большую каменюку, но мне одному это не под силу. – Он достал кошелек. – Дело минутное.

Водитель, небритый ирландец с бычьей шеей, вопросительно посмотрел на своего приятеля и после короткой переглядки улыбнулся Хартли:

– Не вопрос, дружище. Рады будем помочь.

– Отлично, – ответил Хартли и добавил как бы про себя: – Можно куда-нибудь под куст бросить, лишь бы с глаз долой.

Вечером Хартли хмурился у окна. Из-за гор уже поднималась луна, но в саду все равно было темно. Художнику вдруг почудилось, что в этом мглистом черном море что-то движется. Монотонно стрекотали цикады, и Хартли по какой-то неведомой причине занервничал. Снизу доносились стук и шарканье – Добсон кашеварил на кухне.

Нужно сказать Добсону, чтобы он прикрыл чем-нибудь голое пятно в саду. Теперь, когда камень был убран, оно стало еще заметнее, и даже в сумерках Хартли казалось, что место, где стоял камень, темнее окружавшей его земли.

Что говорилось в старой легенде? Охваченный паникой Добсон рассказывал ее, пока рабочие поднимали камень, упрашивал вернуть его на место, умолял передумать. Легенда намекала на то, что Персис Уинторп якшалась с жуткими чудищами из Северных болот, в первую очередь с лягушкоподобным созданием, своим отцом – демоном, которому, по словам Добсона, давным-давно поклонялись индейцы.

Горожане не смогли убить Персис, но с помощью заклинаний развеяли злые чары и запечатали ее могилу словами силы – теми, что были выбиты на Ведьмином камне.

В Монкс-Холлоу говорят, рассказывал он дрожащим шепотом, что в могиле Персис преобразилась и стала похожа на своего неведомого отца. И теперь, когда Хартли убрал Ведьмин камень…

Хартли закурил, вглядываясь в таинственный сумрак сада. Либо Добсон был не в себе, либо его интерес к голому пятну в саду имел какое-то логическое обоснование.

Художника вдруг осенило, и он усмехнулся. Конечно! Как он раньше не догадался? Добсон был скупердяем – Хартли не раз убеждался в этом – и наверняка зарыл под Ведьминым камнем свои накопления. Где еще прятать их, как не в могиле печально известной ведьмы, куда не сунется суеверная деревенщина?

Что ж, поделом старику, злобно подумал Хартли.