Дневник

На некоторых я видел знакомые логотипы известных брендов, на других не мог их разобрать, потому что стены, пол и потолок были холстами, на которых Витька тренировался со своей мозаикой Пенроуза. Все кругом было изрисовано фломастерами разных цветов разноразмерными пиктограммами мужских писек.

– Ну? Как тебе мое арт-пространство?

– С точки зрения живописи… Зачем ты все изрисовал письками?

– Не знаю, Илья. Однажды увидел на стене дома – и понравилось. Тебе не нравится?

– Непривычно, знаешь ли, но вкус у тебя есть.

 – Я похлопал его по плечу.

– Спасибо. Если хочешь, если найдешь свободное место, можешь тоже что-нибудь нарисовать. Теперь это и твое логово. Оно наше. Общее. Теперь ты вправе приходить сюда, когда угодно, даже без меня. Хотя, если ты придешь сюда без меня, скорее всего, я уже буду тут. Здесь я почти всегда.

– Чем же ты тут занимаешься?

– Валяюсь на кровати. – Он указал на деревянный поддон, укрытый картоном от коробки из-под телевизора. Между «кроватью» и «покрывалом» был «матрас» – слой пенопласта.

 – Рисую, если ты не понял, фантазирую, читаю книги – развлекаюсь, как могу. Показать коллекцию жуков?

В углу стоял импровизированный шкаф – четыре черных пластиковых ящика, сложенных друг на друга, которые до этого я точно видел в супермаркете, в отделе с фруктами и овощами. Витя составил их один за другим на пол. Разобрал башню. Достал стеклянную банку с жуками и показал мне. Жуки мне никогда не нравились, поэтому я попросил поскорее убрать их.

– Скажи, а лучше покажи, что ты читаешь.

Букварь?

– Смешно! Буквари для учеников, ученики в школе, школа для дебилов. Я же тебе говорил. Ты, вроде, толковый парень, но до сих пор как маленький. Бери пример с меня! Самообразование – наше все! Я изучаю только то, что считаю нужным, то, что мне действительно интересно.

– Есть в твоих словах правда, друг. Так что же ты читаешь? Что для тебя интересно?

– То, что нахожу на помойке, в баке для бумаги. Выбор не велик, но он есть.

Витька с трудом поднял с пола ящик (он был тяжелым даже для его крепких рук) и вывалил свою библиотеку на комфортабельную кровать.

Мне на колени выпало несколько вырванных из книг страниц. Ассортимент, который я увидел, удивил. Не было ни единой сказки – детских книг вообще не было. Окажись я в библиотеке, наблюдал бы Витькины книги в разделах «Образование», «Наука и техника», «Психология». Книги разной тематики и, повторюсь, ни одной детской.

В этом мы с Витькой очень похожи. Я думал, он – неуч.