Священный цветок. Чудовище по имени Хоу-Хоу. Она и Аллан. Сокровище озера

Ясно, что хозяин здесь он, а Калуби лишь его орудие. Если бы понго хотели мира, первым высказался бы Мотомбо. Кстати, неизвестно, существует ли он в действительности. Считаю, что самое разумное – забыть об этом волхве и завтра же утром бежать отсюда к мазиту на первой попавшейся лодке.

– Я намерен посетить Мотомбо, – решительно заявил Брат Джон.

– Я тоже, – отозвался Стивен. – Бесполезно спорить еще раз.

– Лучше скажите: бесполезно спорить с сумасшедшими! – разозлился я. – Поэтому давайте лучше спать. Вероятно, это наш последний сон.

– Ладно-ладно, – буркнул Стивен, снял куртку и свернул пополам, чтобы положить себе под голову. – Посторонитесь-ка, я встряхну одеяло. Оно трухой засыпано, – прибавил он.

– Трухой? – с подозрением переспросил я. – Зря вы поторопились и не показали мне одеяло. Прежде оно было чистым.

– Должно быть, по крыше бегают крысы, – беспечно отмахнулся Стивен.

Не удовлетворившись этим объяснением, я при слабом свете ламп начал осматривать потолок и глиняные стены хижины, расписанные узором из завитков.

– Один из этих дьявольских людоедов хочет поговорить с баасом. Мавово не пускает его сюда.

– Впусти, – велел я. В такой ситуации бесстрашие казалось мне наилучшей тактикой. – Но пока он здесь, глаз с него не спускай.

Ханс что-то шепнул, обернувшись через плечо, и в следующий момент в хижину вошел, точнее, влетел высокий мужчина, с головы до ног закутанный в белое, отчего был похож на призрака.

– Кто ты? – спросил я.

Вместо ответа он открыл лицо, и я увидел, что перед нами сам Калуби.

– Я хочу поговорить наедине с белым господином Догитой, – хрипло сказал он. – Прямо сейчас, ибо потом такой возможности не будет.

– Как поживаешь, мой друг Калуби? – спросил Брат Джон, поднявшись. – Вижу, твоя рана зажила.

– Да-да, однако я хочу поговорить с тобой наедине.

– Нет, – ответил Брат Джон, – если ты хочешь что-нибудь сказать, ты должен говорить перед всеми или не говорить вообще.

– Могу ли я довериться им? – пробормотал Калуби.

– Так же как и мне. Поэтому либо говори, либо уходи. Но наш разговор могут подслушать…

– Нет, Догита, здесь толстые стены. На крыше никого нет, я проверил. Никто не сможет влезть на нее бесшумно, к тому же этого смельчака заметят ваши охранники у двери.