Копи царя Соломона / King Solomon's Mines

Я тотчас же перевел его слова сэру Генри, прибавив, что, с моей точки зрения, он нахал и его наглое поведение возмутительно.

“Yes, Umbopa,” answered Sir Henry, “I would journey there.”

– Да, Амбопа, – ответил сэр Генри, – я хочу идти в эту страну.

“The desert is wide and there is no water in it, the mountains are high and covered with snow, and man cannot say what lies beyond them behind the place where the sun sets; how shalt thou come thither, Incubu, and wherefore dost thou go?”

– Пустыня широка, и в ней нет воды, а горы высоки и покрыты снегом.

I translated again.

Я перевел и эти его слова.

“Tell him,” answered Sir Henry, “that I go because I believe that a man of my blood, my brother, has gone there before me, and I journey to seek him.”

blood [bl?d]

– Скажите ему, – отвечал сэр Генри, – что я иду туда, потому что думаю, что человек одной со мной крови уже давно туда ушел, и теперь я иду его искать.

“That is so, Incubu; a Hottentot I met on the road told me that a white man went out into the desert two years ago towards those mountains with one servant, a hunter. They never came back.”

– Ты говоришь истину, Инкубу. По пути сюда я встретил одного готтентота, и он рассказал мне, что два года назад какой-то белый человек ушел в пустыню по направлению к тем горам. С ним был слуга-охотник.

“How do you know it was my brother?” asked Sir Henry.

– Откуда ты знаешь, что это был мой брат? – спросил его сэр Генри.

“Nay, I know not. But the Hottentot, when I asked what the white man was like, said that he had thine eyes and a black beard. He said, too, that the name of the hunter with him was Jim; that he was a Bechuana hunter and wore clothes.”

– Я этого не знаю. Но я спросил готтентота, каков этот человек был с виду, и он ответил мне, что у него были твои глаза и черная борода.

“There is no doubt about it,” said I; “I knew Jim well.”

– Нет никакого сомнения, что это был ваш брат! – воскликнул я. – Я хорошо знал Джима!

Sir Henry nodded. “I was sure of it,” he said. “If George set his mind upon a thing he generally did it. It was always so from his boyhood.