Донные Кишотки

– Почему это прекращать пить?! – возмутился Генсекс на всю аудиторию. – Ещё не закончили? Когда у нас по регламенту второй графин? После первых часов! Почему не несут? Где дисциплина?

Служки в чумных масках, возникшие будто ниоткуда, ловко метнули на оба стола по полному графину спирта и, поддержанные одобрительным гулом амфитеатра, торжественно покинули аудиторию.

Ицхак, с перепугу написав на доске опять что-то не то, подумал было стереть написанное, но не решился. Отвернулся, насупился и медленно двинулся к своему стакану.

Надпись на русском взывала:

«Есть ли жизнь на Марсе?»

Бородач похлопал подошедшего Ицхака по плечу и чокнулся с ним, как бы утешая: сразу бы так. Ицхак выпил, уронил голову на стол и заплакал.

– Нет! – крикнула Циля. – На Марсе жизни нет!

– И это правильный ответ! – подтвердил усатый профессор, специалист по чужим планетам, и ударил в гонг. – На вашем счету стакан воды.

Стакан с водой был немедленно передан Циле. Та в три глотка опустошила его и улыбнулась.

В аудитории раздались аплодисменты. Йошка с облегчением вздохнула. Ишта открыла было рот, но тут же захлопнула, перекрестив губы троеперстием. Генсекс с Главлеем ликовали. Первый показывал за спиной Ицхака средний палец на руке, поднятый вертикально. Второй, согнув одну руку в локтевом суставе, другой рукой стучал по месту перегиба, от чего кулак на согнутой руке ритмично подпрыгивал вверх. Но фурор был коротким.

– Следующий вопрос. Розовый. «Почём фунт лиха?» – объявил бородатый, тоскливо оглядев стол с пустыми стаканами, и перевернул песочные часы.

Шум в аудитории смолк. В тишине, казалось, слышно было, как шуршит кварцевый песок, отсчитывая время. Но это сосед по столу подставил Ицхаку пустой стакан для слёз и соплей, в который именно они стекали так жестко, ритмично и навязчиво.

Циля покосилась на Йошку и, поймав её взгляд, взялась за колокольчик и затрясла его, как бы предупреждая, что ещё не всё потеряно.

– Звонок другу?! – спросил у неё бородач. – Вы уверены?

– Да! – сказала Циля.

– Прошу вас! – пригласил полузащитника к доске ведущий.

Йошка покинула кафедру и встала в картинную позу: левая нога – чуть впереди, левая рука прижата к груди, правая – поднята, чтобы отщелкивать пальцами аргументы. Нижний край короткой туники при этом тоже был приподнят и в этом положении не только не скрывал бёдра, но и, если и обнажал, то тут же прятал в тень всё девичье богатство, расположенное выше.