Чужая память

Во-первых – энергодиаграмма этих всплесков очень схожа с диаграммой энергетики портаторного перемещения; и во-вторых – детектор пространственных вибраций показывает на возможность присутствия в том месте пространства двух больших масс, которые почему-то не обнаружил анализатор скрытых пространственных масс. А как известно, после материализации, несколько мгновений портируемый объект всегда более-менее сносно наблюдается, какими бы полями его не укрывали. Эти всплески, явно, не по зубам нашим пространственным анализаторам и значит они имеют неизвестную нам структуру.

А искусственного они происхождения или естественного, сказать не могу. Данных ещё мало. А как ты их объяснишь? – Аттонар взмахнул подбородком.

– А он их почувствовал? – астрофизик кивнул подбородком в сторону второго кресла, в котором сидел штурман корабля.

– Я задал вопрос? – Аттонар сдвинул брови.

– Возможно произошел выход наружу канала перемещения, – Каррак дёрнул плечами. – Сбой!

– А почему два всплеска?

– Два сбоя, – подняв брови, будто удивляясь не проницательности капитана, Каррак опять дёрнул плечами.

– Не убедительно! – Аттонар мотнул головой. – Если бы произошел выход канала перемещения была бы зарегистрирована волна, а не масса. Масса – разрыв канала. Две массы – два разрыва, чего быть никогда не может, так как мы используем один канал и разрыв может быть лишь один. И если бы произошел разрыв канала, то образовавшиеся энергополя на таком расстоянии виделись бы нашим анализаторам, будто сверхновые.

Значит это была или намеренная портация с какими-то нарушениями или что-то, чего мы не знаем. Я склонен ко второму варианту. Или я не прав?

Астрофизик ещё раз дернул плечами. Его взгляд потух, плечи опустились.

Каррак был совсем молодым зотором. Он не был мощного телосложения и как чувствовал Аттонар, не был физически крепок, но был строен и по мужски гармоничен и даже красив; был одет в умелого покроя полуспортивный костюм тёмно-зёленого цвета, который, видимо и скрадывал его физические недостатки.

Он был светловолос, высоколоб, имел прямой нос, тонкие губы, гладкие, полноватые щеки, небольшой подбородок, тонкую, высокую шею и узкие плечи, которые прятались под искусно сшитой спортивной курткой.

– И ещё, – продолжил Аттонар. – Здесь нет наших каналов перемещения и потому не может быть и никаких их разрывов. Твоя версия неверна.

– Нужно идти туда. Тогда не придётся гадать, – негромко произнес астрофизик.