Чужая память

Идти куда-то в таком виде было совершенно неприемлемо и уйдя в самый дальний угол вестибюля и усевшись в одно из глубоких кресел, он решил обсохнуть, благо из решётки, которой была закрыта стена, выбивался лёгкий поток тёплого воздуха. Он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза…

***

– Это что за маскарад?

Громкий резкий голос заставил Аттонара открыть глаза – перед ним стоял старший офицер космофлота. Его лицо было искажено совсем недружелюбной гримасой. Аттонар резко поднялся. Хотя он был достаточно высок и плотен, но старший офицер оказался выше его примерно на полголовы и гораздо шире в плечах.

– Капитан Аттонар. Прибыл с базы «Соллар» за назначением, – быстро заговорил Аттонар, первое, что смог осознать. – Непогода. Привожу себя в порядок.

– Что за «Соллар». У нас нет такой базы, – как показалось Аттонару, лицо старшего офицера стало ещё свирепее, его глаза заметно посветлели.

– Это база дуаров.

– База дуаров? – густые брови старшего офицера сошлись у переносицы. – Это невозможно. У нас сейчас нет с ней контактов по обмену офицеров космофлота.

– Я оказался там случайно, не по своей воле.

Аттонару уже начал надоедать этот незнающий ничего старший офицер. К тому же, он чувствовал, что его одежда ещё не высохла и была противно прилипшей к телу, сковывая движения. Да и офицер, явно, не вовремя вывел его из забытья и он чувствовал себя не совсем уютно.

– Аттонар! Аттонар! Аттонар… – старшего офицера будто заклинило, вызвав у Аттонара легкую, неуставную, усмешку. – Ты не тот капитан, что пропал около полугода назад?

– Меня нашли дуары и доставили на базу «Соллар». Я не знаю, почему они держали меня так долго у себя. – Аттонар покрутил головой.

– Ты был нетранспортабелен. Хотя, – старший офицер состроил непонятную гримасу, – скорее всего не захотели. Тебя, кажется, ждёт адмирал.

– Нет!

– Это плохо, – старший офицер окинул Аттонара внимательным взглядом. – Следовало бы быть по форме, но, – он махнул рукой, – пусть посмотрит на этих выскочек.

Последняя фраза старшего офицера весьма озадачила Аттонара. Уж что-что, а себя он никогда не считал выскочкой, а честно и добросовестно исполнял службу, не требуя для себя каких-то дополнительных привилегий, отличных от других капитанов.