Палящий зной Араксы

И уже Мет оказался в более выгодной позиции: пока атлет переориентировался для нового удара: Мет успел подняться и выстроив из своего поля щит, поставил его перед катраном атлета. Соприкоснувшись со щитом психотронного поля, катран будто прилип к нему. Ничего не понимая, атлет принялся дергать его, пытаясь освободить. Высвободив часть своего поля из защиты, Мет вошел в мозг атлета. Отпустив катран, атлет застонал и обхватив голову руками, опустился на колени.

Информации в голове атлета оказалось гораздо больше, нежели той, которую до сих пор Мету удалось выуживать из предыдущих аборигенов этой планеты.

Здесь был и достаточно красивый город с блестящими куполами и плоские летательные аппараты и несколько шхертов на какой-то площади города, перед высоким многокупольным овальным зданием. Мелькнули несколько гуманоидов с испуганными лицами, что-то истошно кричавшие и затем два атлета, мчащихся на тупи по красно-коричневой дороге.

«Это же они убивать кузнеца направились», – мелькнула у Мета догадка.

Он оставил этот информационный пласт и вошел в мозг атлета глубже. Его охватил восторг: он наконец увидел то, что намеревался найти на этой планете – портал.

Однозначно – это был портал. Он совершенно не был похож на портал, через который он пришёл на эту планету, а представлял собой покоящееся над поверхностью планеты на элегантной изогнутой мачте огромное массивное кольцо, под которым вдруг появлялись люди или плоские летательные аппараты. Тоже самое было и с портацией в другую сторону – человек подходил под кольцо и исчезал.

Мет вошел ещё глубже в информационное поле атлета и ощутил пустоту. Тогда он разбросил своё поле по его телу и не чувствовал его биополя. Атлет был мертв.

– Проклятье! – невольно слетел с губ Мета гортанный звук, обозначающий неизвестно что.

Покрутив головой, он увидел другого неподвижно лежащего атлета и вошел в его мозг – он был совершенно пуст. Раздосадованный, он оставил атлета, ещё раз убедившись в странности разумов этого мира: их информационные поля быстро исчезали, вслед за смертью своего тела.

Мет, разбросил своё поле, насколько смог и у него даже сложилось впечатление, что песчаная буря сделалась тише, а возможно это ему показалось в пылу произошедшего сражения.