Палящий зной Араксы

 – Если кто-то захотел бы убить хозяина моего нового тела, то сделал бы это без проблем».

Вдруг ему показалось, что снаружи доносятся какие-то странные шорохи. Он провёл руками по поясу – катран был на месте. Вытащив его из ножен и держа перед собой, Мет подошёл к выходу и высвободив своё поле, выбросил его наружу и разбросил по сторонам, и тут же почувствовал совсем недалеко множество биополей живых организмов, и если можно было судить по тому, что биополя находились в весьма беспокойном состоянии, то ничего хорошего от них ожидать не приходилось.

Мет осторожно выглянул из кузницы – в его сторону, расползаясь по сторонам, двигалась группа людей, весьма похожая на тех свирепых аборигенов, приходивших сюда вчера. И впереди них шёл такой же атлет, сжимая в руке катран, покрытый синей вуалью, которая хорошо была видна, потому что местное солнце ещё не показалось из-за гряды скал и не слепило глаз.

«Ну и ну! Ещё проспал бы немного и мог бы никогда не проснуться», – мелькнула у Мета тревожная мысль и сделав широкий шаг, он вышел наружу.

Бросив беглый взгляд по сторонам, он мгновенно оценил своё положение: до приближающихся аборигенов, (их было не меньше десяти), было ещё достаточно далеко, но каждый из них сжимал в руке ланхор.

«Поляна перед кузницей достаточно широкая и окружить меня аборигенам не составит труда, – замелькали у него мысли, наполненные тревогой. – Катран против такого количества аборигенов навряд ли будет хорошим оружием, и значит наиболее вероятным спасением будет отступить в кузницу и атаковать своим полем тех, кто сунется в неё.

Вход в кузницу достаточно узкий и больше, чем двум аборигенам одновременно внутрь не протиснуться».

Аборигены начали делиться на две части и стало понятно, что они и в самом деле хотят его окружить. Вдалеке, на поляне, за спинами аборигенов, оскалив зубы стояло вчерашнее животное и что оно выражало своим оскалом Мету было непонятно: толи оно угрожало своим оскалом аборигенам, толи выражало что-то в его адрес.

«Проклятье! На кого ты скалишь зубы, тупи!» – не зная почему, обозвал он животное неласковым словом.

Шедшие впереди аборигены, приподняли ланхоры и видимо были готовы атаковать Мета, но скорее всего первым это должен был сделать атлет, а они лишь служили для устрашения, намереваясь поскорее подойти к Мету с двух сторон.

Атлет вдруг остановился, его глаза вспыхнули и неприятно покраснели. Другие аборигены тоже остановились.

«Явно, чем-то недоволен», – мелькнула у Мета тревожная мысль.