Расплата

А Настя делилась своими знаниями в приготовлении волжской ухи с водкой, солений и варений с дачи на зиму. Короче, так, болтали ни о чём, как это делают все люди в хорошем настроении.

Плотно закусив, они направились в сторону своей гостиницы.

– Так ты перейдёшь ко мне в номер? Я его уже полностью выкупил вплоть до твоего отъезда, – спросил Николай.

Она немного смущённо посмотрела ему в глаза, сохраняя паузу, загадочно улыбнулась.

– Хорошо, вечером приду к тебе, – с этими словами Настя плотнее прижалась к его плечу, словно ища поддержки в правильности сделанного ею выбора.

Тёплая, радостная волна ударила в голову Иванова, сердце с удвоенной силой застучало в груди.

– Поверь, ты мне очень нравишься, и я тебе не сделаю ничего плохого, – сказал Николай. – А там, как наша жизнь повернёт, кто его знает? Мы взрослые люди. Если встретил хорошего человека, дорожи прожитой рядом с ним минутой. Я так думаю. Максим Горький сказал: «Счастье с женщиной возможно лишь при условии полной искренности духовного общения».

– Да что ты, что ты, я же согласна… – погладила его руку Настя.

Они дошли до своей гостиницы и ненадолго расстались.

Готовясь к переезду Насти к себе в номер, Иванов решил это событие отметить по-праздничному, устроить приятный вечер. Для этого он сбегал в магазин, чтобы купить к данному мероприятию шампанского, шоколадных конфет, свечи. Затем взялся ускоренным темпом наводить в номере марафет.

Было около девяти вечера, когда в дверь тихонько постучали. Сердце у Николая учащённо забилось.

«Что это я, как пацан, – подумал он, – словно впервые встречаюсь с женщиной. Надо просто взять себя в руки».

Однако ему это не удалось. Открыв дверь, он увидел совершенно иную девушку, хотя это была всё та же Настя. Только вместо потёртых джинсов и блузки на ней было красивое летнее платье, на ногах туфли, на лице лёгкий вечерний макияж, а длинные волосы аккуратно уложены косами на голове.

Нет, чего угодно, но такого Николай никак не мог себе даже представить. Перед ним стояла подлинная красавица, от которой он никак не мог оторвать глаз.

– И долго мне так стоять с вещами в коридоре? – с иронией засмеялась она.