Самая длинная ночь

Картина представляла собой некий гротескный сюр: промозглый дождь, кровавый человек, мрачный полицейский, не хватало только готической архитектуры и высокопарных диалогов, а то и впрямь бы вышла сцена из второсортных детективов или комиксов. Остап, проклиная и потерпевшего, и асфальт, и капли дождя стекающие с краев шляпы прямиком на тусклый протокол, злобно осматривал окружение и вносил на бумагу заметки, а дождь тем временем переквалифицировался в самый настоящий ливень.

… «Объектом осмотра является участок местности, расположенный между домов… по адресу… Окружение налево по кругу от точки осмотра… Возле урны обнаружены осколки прозрачного стекла предположительно бутылки со следами бурого цвета… На расстоянии тридцати метров по направлению… обнаружена сумка типа борсетка… цвета… со слов… принадлежащая …из которой … похищено … а также телефон марки…»

Фонари, освещавшие сквер, стояли поодаль, и света категорически не хватало.

–Эй, телефон, тьфу, то есть фонарик есть подсветить? – слюна ловким скачком метнулась на мокрый асфальт, вызвав ассоциацию с разбившимся летчиком.

–Так ведь украли же, на телефоне-то и был, – грустным голосом отозвался невысокий понурого вида мужчина. – Ох, что же теперь будет.

–Да ничего не будет, – буркнул Остап. – Будем искать твой чертов телефон.

Слово чертов далось ему с большим трудом, потому что хотелось сказать что-то схожее по смыслу, но несколько другое, более выразительное и родное.

– Возьми мой, посвети на протокол, – с этими словами Остап протянул потерпевшему телефон.

–Да плевать бы на этот телефон, в смысле не на ваш, – отозвался потерпевший, взял протянутый источник света и направил на протокол, – я жене сказал, что в ночь работаю, а сам, эх!

–И где же ты был? – Остап нарочито подозрительно посмотрел на мужчину, подняв брови. Неизвестно, оценил ли в потемках потерпевший его ехидное и странным образом изображающее торжество справедливости выражение лица, но опустил глаза.

–Начальник, а может как-то решим без протокола, без материала, без этого всего? – голос потерпевшего ощутимо дрожал, и в нем угадывались нотки паники. – Она меня и так давно подозревает, она сразу все поймет, она меня на куски… убьет.

–Так может оно и к лучшему? – выразительно усмехнулся Остап, и мужчина затих.