Убийственный возраст

На крыльце школы Козодоев обратил внимание, что на «акцию» Фриц надел валенки с коротко обрезанными голенищами. В такой обуви – легкой, не продавливающей лежалый снег – удобно убегать по узким тропинкам.

Первый дом на улице Волгоградской приятели миновали без приключений. На повороте в глубь дворов Фриц занервничал:

– Серега, ты куда попер? Давай вот здесь сработаем. На кой черт нам далеко от дороги отходить?

– Помолчи немного! Пройдем мимо детского садика и хлопнем первый дом направо.

Местом проведения «акции» Сергей выбрал соседний с Кайгородовой пятиэтажный панельный дом. Для себя он решил, что чем ближе к дому подруги Быкова он провернет дерзкое дельце, тем больше возвысится в ее глазах. Мишка-то ни за что не осмелится нарушить договор с Туристом и отклониться от предписанного ему маршрута хоть на метр, а он, Сергей Козодоев, утрет этой волгоградской шпане нос.

– Начнем с первого подъезда, – негромко скомандовал Козодоев.

Уверенно, не останавливаясь на крыльце, ребята поднялись на площадку между первым и вторым этажом. Сергей достал из кармана загнутую крючком проволоку, попробовал вставить ее в миниатюрный навесной замок, но с первого раза не попал в скважину.

«Проклятие! Руки трясутся, – выругался про себя Козодоев. – Ничего, сейчас пройдет. Главное, чтобы Фриц не увидел, как у меня пальцы дрожат».

Сергей покосился на приятеля. Напарник, не обращая внимания на задержку с замками, шустро вскрыл первый ряд почтовых ящиков без замков, проверил почту и нашел два письма.

Козодоев медленно выдохнул и вставил отмычку в замок еще раз. Поворот проволочки, щелчок! – и первый замочек открылся. Дальше дело пошло быстрее. Простенькие квадратные замки по рубль пятьдесят Козодоев открывал в одно касание, с более мудреными приходилось повозиться, но и они не могли устоять против примитивнейшей отмычки.

– Смотри, Фриц! – давясь от смеха, Сергей показал рукой на массивный навесной замок с фигурным отверстием для ключа.

Приятель мельком глянул в сторону Козодоева и нехотя улыбнулся. Стоять, потешаясь над чьей-то жадностью, можно в безопасном месте, а не в дебрях враждебных домов.

– Оставь его на хрен и пошли дальше! – прошипел Фриц.

В этот момент примерно на четвертом этаже открылась дверь.