Ритуал для посвященных

Мужчина сидит на диване, во взгляде его улавливается некая бессмысленность, то есть он понимает, где находится, но относится с безразличием к происходящим событиям. Мужчина обнимает за плечи девушек. Они улыбаются. Теперь вопрос: с которой из них ты впоследствии переспал?

– Я ни с кем не спал, – начал было Рогов, но Виктор перебил его:

– Отвечай на вопрос: с кем ты из них был близок этой ночью?

– Вот с этой, – Рогов ткнул пальцем в девушку слева.

– Ха, забавно! – воскликнул довольный Воронов. – Почему же с этой, а не с другой? Или на фотографии запечатлен тот момент, когда ты еще не определился с выбором? Как я помню, одна из них – подруга хозяина квартиры, то есть на нее ты глаз положить не мог.

В чем разница между положением девушек на фотографии? Никакой.

– Погоди-ка… – пробормотал Рогов.

– Если бы вы встречались пара на пару, – продолжил развивать мысль Воронов, – ты бы обнимал только Снежану, или она бы сидела ближе к тебе или вовсе у тебя на коленях. На этом снимке ты сидишь с девушками, которые тебе одинаково безразличны.

Судя по твоим пустым глазам, тебе было по фигу, кого обнимать. Если бы на место одной из девчонок запрыгнула большая собака, ты бы и ее обнял.

Рогов схватился за голову:

– Ничего не понимаю! Почему, когда я увидел эту фотку в первый раз, она показалась мне веским доказательством?

– Мамаша Снежаны сбила тебя с толку своим натиском, вот ты и принял пустышку за улику.

Обрадованный приятель тут же написал письмо отцу. Получилось сумбурно, с многочисленными отступлениями, но в целом смысл рассуждений Воронова ему удалось передать довольно точно.

С октября потянулись учебные будни: семинары, лекции, наряды по кухне, караул, несение патрульно-постовой службы в городе. От апатии и совхозного отупения не осталось и следа. Через пару дней после возвращения никто уже не нервничал по каждому поводу, не морщился, рассматривая забившуюся под ногти грязь. Слушатели стали чистенькими, пригожими и веселыми. По вечерам появилось свободное время.

Рогов вновь стал встречаться с Алиной и не удержался, рассказал ей о беременной самозванке. Реакция девушки удивила его.

– Прикинь, Ворон, она реально охладела ко мне, как только узнала о Снежане.

– Немудрено, – хмыкнул Воронов.

– Что «немудрено»? – обозлился Рогов. – Я со Снежаной познакомился в феврале, а Алину в первый раз увидел только в марте. Если она меня приревновала, то это же глупо!

– Перекинь мостик с февраля в конец лета.