Письмо ни от кого

Кроме участия в охране общественного порядка во время проведения майской и ноябрьской демонстраций, его больше нигде не задействовали.

– Третьего января, – продолжил Малышев, – из Москвы с проверкой организации раскрытия взрыва в кафе приезжают сотрудники Главного управления уголовного розыска. День-другой они покрутятся в областном УВД и спустятся к нам. Приведите в порядок все оперативные дела, всю служебную документацию. Московские гости пробудут у нас целую неделю. Пару дней они потратят на взрыв, потом начнут проверять все подряд, что под руку подвернется.

– Пьющие приедут или нет? – в шутку спросил Клементьев.

– Конечно, пьющие. Где ты видел проверяющего, который трезвым спать ложится? Скажи спасибо, если баб не запросят. Мне мужики из Новосибирска звонили, говорят, им проверяющие сразу же сказали: «Девок не будет – столько недостатков в организации работы найдем, что мало не покажется».

– С девками – это не ко мне, – Клементьев многозначительно посмотрел в мою сторону. Спрашивается, откуда человек узнал, что я всю ночь с проститутками работал? Никого же на этаже не было, а он уже все знает.

– Формально нас не привлекают к расследованию убийств во «Встрече», но это ничего не значит. Преступление совершено на территории областного центра, значит, нам его и раскрывать. Сейчас поступим так: руководящий состав и старшие опера останутся, остальные до полудня свободны. Ровно в двенадцать часов всех жду в моем кабинете.

После ухода молодежи мы расселись посвободнее, закурили.

Кабинет Малышева мгновенно утонул в клубах табачного дыма, пришлось приоткрыть окно.

– Александр Лукич, прошу вас! – обратился Малышев к оперуполномоченному Ключникову. – Начнем с Лучика и его окружения.

Александр Ключников был худощавым сорокалетним мужчиной с тонкими чертами лица. Увидев его в первый раз, Айдар сказал: «Он похож на канцелярскую крысу». Я присмотрелся к Александру и понял: с крысой его роднит длинный нос, украшенный очками в тонкой оправе. Оперативником Ключников был очень посредственным.

Для успешного раскрытия преступлений ему не хватало проворности, физической силы и наглости. Зато он обладал цепкой памятью, был усидчивым, мог часами возиться в картотеке или адресном бюро. Следуя веяниям времени, Малышев освободил его от повседневной работы и поручил заниматься учетом преступных группировок в нашем городе.

– Лучик, – не вставая с места, начал Ключников, – наш единственный в области вор в законе, доживает свои последние дни.