Жизни радужные блики и крови пятна

 – Стой!

– Витя, ты только что ехал в машине с двумя бандитами, связанный. Ты считаешь, этого недостаточно, чтобы обратиться в полицию?

– Валя, стой! Для того, чтобы сесть в тюрьму, мне достаточно обратиться в полицию.

Раздумывая, она проехала еще несколько сотен метров, потом показала правый поворот и остановилась между двух припаркованных вдоль улицы машин, напротив длинного жилого дома. Тихий спальный район. Тротуар без прохожих.

– Ну, расскажи мне то, чего я не знаю.

– Мамедов убил свою любовницу.

– Да, это новость. Но ты тут при чем?

– Послушай, мы добывали информацию не совсем законно. Вернее, совсем незаконно. Если будет разбирательство, мы с Вовой точно сядем.

– А чего от тебя хочет эта моль, Мамедова?

– Она мне сказала, что я спасу от тюрьмы ее мужа.

– Как?

– Этого я не успел узнать. Благодаря тебе.

– Ты расстроен? – Она все еще не верила в серьезность опасений Виктора.

– Нет, честно сказать, я счастлив. Мне давно не было так хорошо.

– Все-таки мне кажется, что ты сильно перегибаешь. Тебя напугали, и тебе мерещится то, чего нет. Чем они тебя по голове съездили?

– Не знаю. Ударили со спины.

– Ладно, поехали к нам. Полежишь, оклемаешься, потом поговорим на свежую голову. Тебе нужна защита от твоей Нины. Почему это не может быть полиция? Но, конечно, если хочешь, позвони ей, может, она передумает и все будет хорошо.

На удивление Вали, Виктор полез в карман и достал телефон.

– Тебе тоже советую отключить, – сказал он.

– А мой зачем?

– Чтобы Нина не узнала, где ты находишься, и случайно не наведалась к тебе в гости.

– Как меня достала твоя Нина! – Она тоже отключила телефон – довод показался ей серьезным.

– Еще Слава умер.

– Что с ним случилось?

– Не знаю, я нашел его в машине у зоны отдыха на Дмитровском. Он собирался шантажировать любовницу Рашида. Хотел получить от нее денег и умер.

– Его убили?

– Я не осматривал труп, но, скорее всего, так.

– Хорошо, мы будем очень осторожными. – Она выделила слово «мы».

– Давай, уведи теперь машину отсюда куда-нибудь во двор, чтобы ее не видно было с улицы, и будем думать, что делать дальше.

– Я думаю, не надо во двор. Я не должна ее прятать. Я ударила машину, на которой бандиты везли похищенного тебя. Меня не за что преследовать, я не параноик.