Выход тигра. Проект «ГиперСибирея»

Из низин начинал осторожно выползать сизый туман, увеличивая свои владения, его оторванные клочья, погоняемые ветерком, медленно бродили по лесу, подобно привидениям.

Павел медленно шел сквозь заросли и овраги к трупу Горелого, боясь заблудиться в изменившихся вечерних ландшафтах, а тьма все более сгущалась. Наступало время ночных обитателей леса, которые двигаются неслышно, как тени. Таежная ночь полна невидимых побед и поражений, где чей-то вкусный обед неизбежно оборачивался гибелью другого и никто не мог быть уверен, что благополучно переживет эту ночь, когда во тьме бродит так много голодных хищников.

Затаив дыхание и ловя малейшие звуки, передвигался Павел по ночному лесу, а вокруг него слышались подозрительные шорохи, чьи-то приглушенные шаги, будто кто-то невидимый неотступно шел за ним следом. Все же, заплутав в темноте, он забрел в глухой бурелом, непонятно откуда взявшийся на его пути. Сухие сучья рвали одежду, царапали лицо, и, чем дальше продвигался он вперед, пытаясь вырваться из завала, тем гуще становился сухостой, словно черти передавали его из рук в руки, не желая на этот раз отпускать от себя.

У кряжистого дерева, разбитого надвое молнией, Павел остановился, пытаясь осмотреться, куда ему двигаться дальше, но неизвестное существо над его головой забилось с угрожающем шипением. Всмотревшись в развилку между двумя могучими ветвями, он разглядел большого филина, который, стараясь казаться еще больше, взъерошился, распустил крылья, и, пригнув ушастую голову, пыхтел и щелкал клювом, моргая большими круглыми глазами, пытаясь напугать нарушителя спокойствия.

Обойдя дерево стороной и оставив в покое сердитого филина, чье возмущенное пыхтенье еще долго раздавалось позади, Павел вышел на знакомый косогор, и, преодолевая себя, подошел к месту, где под ветками лежал труп Горелого. Лешего рядом с ним не было, видимо, убежал на ночную охоту, не понимая, для чего его оставили здесь рядом с трупом. Пока Павел блуждал в буреломах, ночь окончательно вступила в свои права: непроницаемая мгла окутала лес и лишь взошедшая Луна слабым светом освещала небольшую поляну.

Павел развел костер и начал копать могилу, стремясь побыстрее закончить это муторное занятие в ночном лесу. Одинокий звон его лопаты далеко разносился по затихшим окрестностям. Грунт оказался тяжелым, каменистым, и работа продвигалась медленно. Приходилось то и дело вылезать из могилы и подбрасывать сучья в костер, чтобы не остаться в кромешной тьме.