Подножье тьмы

 – Даже в периоды ренессанса… И такое было, мы вдруг становились близкими… Тебе не представить, как я плакала, когда мне становилась хорошо… Я очень долго шла к тому, что многие знают от рождения: чем больше равенства, тем меньше свободы… Я инстинктивно рушила равенство… Я изменила ему почти сразу после свадьбы… В женской консультации… Молодой врач заставил меня раздеться… Наверное, он сразу вычислил меня… По глазам… Я краснела и умирала со стыда, но мне нравилось, как он гладил меня и убеждал не думать… Не думай головой, повторял он, как будто в такие минуты можно хоть чем-то думать… Он первый научил меня этому – никогда не думать в постели…

– Зачем ты это рассказываешь?

– Не знаю, – она закусила губу.

– А муж?

– Он занят делами… У него много дел… – У нее снова сел голос. Она задыхалась. – Ему никого, кроме меня не нужно… Он одно умеет: повторять – Сима, Симуля, Симочка… Он только одно знает повторять – Симора, Симуля, Симчик… Если бы ты знал, как это скушно… Симулька, Симорка, Симура… Я кричу в его руках… От наслаждения… Уж он-то знает меня!.

Сима недобро усмехнулась, но губы ее вспухли, она задыхалась. В этом было что-то нереальное, завораживающее Шурика.

– Со мной он умеет все… Зачем ему еще кто-то?… Во мне для него нет тайн… Ему никого больше не надо… Единственное, чего в нем нет – неожиданности…

И повторила, как эхо:

– Неожиданности…

– А во мне?

– В тебе?… – почти прошептала Сима, еще сильней закусив губу, вдруг рассматривая его как совсем незнакомого человека.

Она, наконец, притянула его к себе.

Ее руки, наконец, вспомнили и о нем.

И погибая в буре, выдыхая изо рта пряди ее волос, чувствуя языком и губами каждый миллиметр ее действительно шелковистой кожи, он все равно не мог избавиться от жуткого чувства – ей, Симе, именно сейчас, именно сейчас, именно в эти секунды, абсолютно все равно, кто помогает ей умирать…

Правда, помогал ей он.

Но это не утешало.

2

Фирма «Делон» занимала два этажа девятиэтажки, недавно поднявшейся за театром. Это о многом говорило. Аренда в центре города не каждому по зубам. По логике вещей сотрудница столь явно преуспевающей фирмы не должна была бедствовать.