Генеральская дочка

Константин, все же мечтавший спокойно пройти к свободному месту и не привлекать особого внимания к своей персоне, был лишен подобной возможности. Его уже с интересом рассматривали, некоторые из групп начали перешептываться.

– Я вижу вас в этой аудитории впервые, молодой человек. К тому же вы изволили опоздать. Чтобы компенсировать данный факт, вы решили вооружиться улыбкой, – неспешно проговорил Рябцев, поднимаясь с кресла и прохаживаясь по кафедре. – Улыбка, господа! В наше время, когда международные контакты становятся все более массовыми и интенсивными, проблема улыбки неожиданно встала особенно остро.

Жестом доцент предложил Ткачеву подняться к нему по трем деревянным ступенькам.

– Раз уж мы с вами оказались на одной линии огня перед сегодняшней аудиторией, предлагаю поделиться причиной вашего выбора оружия.

– Уверяю вас, я безоружен, – легко поднимаясь по ступенькам, заговорил Константин.

– Выходит, используете улыбку как доказательство безоружности? – принялся рассуждать Рябцев.

– У меня нет необходимости что-либо доказывать, – снова просто улыбнулся Ткачев.

– Лукавите, товарищ курсант, – не поддался доцент, затем останавливаясь у своего стола и опираясь на его деревянную поверхность обеими ладонями. – Что же кроется за улыбкой? Почему мы используем ее? Что за смысл наши западные соседи вкладывают в свою улыбку? И каковы могут быть последствия неправильного использования данного оружия либо злоупотребления им? Представьтесь, прошу.

Константин мысленно чертыхнулся.

– Ну, давайте, порассуждаем… – Он вынужденно повернулся к ожившей аудитории и неожиданно замер, чувствуя, как сердце забилось чаще.

Лиза, устроившись за последним столом, который и он обычно любил выбирать, теперь глядела на него большими глазами, едва не приоткрыв рот от удивления. Стараясь не походить на откровенно довольного кота, добравшегося до банки со сметаной, Ткачев сдержался и коротко кивнул.

– Товарищ преподаватель! – начал говорить старший группы Куразовский. – Это ведь курсант Ткачев с нашего курса, выписали с больничного! Находился в больнице какое-то время.

Шепот в аудитории усилился.

– А-а, с больничного! Ну, это все меняет! Прошу вас, занимайте свободное место, товарищ курсант! Надеюсь, что опоздания на занятия не станут вашей особенностью! – ровным голосом проговорил Рябцев, теперь жестом веля курсанту садиться.