Юмористические рассказы. Часть третья

– У вас – рост, у нас – падение, а в среднем – там же, – махнул крестьянин рукой.

Брюзга

– Пожарную улицу заасфальтировали, а неровности есть.

– Брюзжишь все, Пелагея. Где выбила зубы? Говорила тебе, не садись к внуку в мотоцикл. А как вытаскивали тебя из грязи за веревку, забыла? Чуть ноги не выдернули, хорошо в сапогах была. Хоть хромаешь, а то б и сидеть не могла. Ровностей тут никогда не было, а она – неровности.

– Я баба обыкновенная, где и ляпну.

– А что скрываешь под платком? Или кто ударил? Мужика вроде лет сорок нет.

– От соседки шла и уткнулась в столб. Было темно, хоть бы лампочку ввернули.

– Да колонку у дома, да баньку. Много хочешь, Пелагея.

В приемной стоматолога

Слыша крики пациента из кабинета зубного врача, мужчина с опухшей щекой сказал бледной девушке:

– Слышите, как кричит? А ведь уже давно безболезненно лечат зубы, без сверления. Одной жидкостью.

– Неужели без боли? У меня сразу два кариеса. Как услышу звуки бор-машины, теряю сознание.

– В Саратов надо ехать, – с трудом выговорил молодой человек, у которого щеки опухли с двух сторон.

– У меня тут «Калина». Кто хочет, давайте со мной, – стоявший у двери врача больной уже снимал бахилы. Верхняя губа у него подрагивала.

– Мне место найдется? – послышался женский голос.

– Хрен им, я здесь один не останусь, в багажнике доеду, – первым выскочил из приемной на улицу кудрявый парень.

– Куда все делись? – удивилась медсестра, выводя из кабинета женщину с глазами без зрачков.

Привычка

В очередь встала беременная женщина. Мужчины расступились, пропуская ее к кассе.

Оплатив счета, женщина сказала:

– Вот, купила подушку и, чтобы освободить руки, сунула ее под плащ. Спасибо вам, кавалеры! Не хотела обманывать, но получилось непроизвольно, по-привычке.

Еще раз увидел эту женщину у кассы на автобусной станции. В руках она держала костыли. Получив льготное место, улыбнулась пассажирам, разрешившим ей взять билет без очереди.

– Купила для дяди, в ноги положу – мешать не будут.

Интересная у нее привычка.

Зависимость

Все меньше дач, и землю обрабатывают в основном старики. Еще больше печали навеял услышанный разговор.

– Ты, Семенович, один на огород ходишь, не заболела ли Марфа?

– Хуже, Василий, умерла она. Прямо с лопатой. Солнце уморило.

– И я на грядке разогнуться не мог, до утра стоял треугольником. Брошу дачу. Иначе за Марфой уйду.