Картежник 1. Ваши не пляшут

Так вот, этот битый-перебитый жизнью человек неожиданно взял шефство над шестилетним мальчишкой. Кажется, увидел во мне родственную душу. Рассказывал всякие интересные байки, при этом ничуть не приукрашивал тюремное житье-бытье и всячески предостерегал от попадания в криминальную среду. От нечего делать и по моей просьбе все-таки обучил меня куче разных карточных игр и фокусов, а также всем известным ему шулерским приемам, показал упражнения для развития мелкой моторики рук. Кстати, это именно он заставил меня учиться «без дураков».

«В жизни, Илюха, сам не знаешь, что пригодится, бывает теорема Пифагора помогает уберечься от крупных неприятностей» – любил говаривать истопник, прихлебывая чифирь из покрытой толстым слоем копоти медной кружки.

А незадолго до того, как мне покинуть стены детдома, Илья Борисович умер на своем «боевом посту» в кочегарке после принятия на грудь традиционной чекушки. Как потом показала судебно-медицинская экспертиза, водка была паленой с приличной примесью метилового спирта.

Перестройка, мля! Меченый сказал: «Что не запрещено – разрешено». Вот и начал чудить народ, пользуясь тотальным дефицитом и безнаказанностью.

Впрочем, о грустном более ни слова. Через полгода после трагической гибели моего друга и наставника вышел я из-под опеки государственного бюджетного учреждения, именуемого Чернореченский Детский дом имени неведомого мне Ф.С. Чумбарова-Лучинского готовым каталой. До восемнадцати ждать не стал, в шестнадцать сам ушел на вольные хлеба.

Далее было техническое училище, громко именуемое колледжем, где за три года обучения я получил навыки многостаночника, слесаря и электросварщика. По достижении девятнадцати лет меня ждали танковые войска, а конкретно полковая ремонтная мастерская. Там я честно отдал Родине положенные два года. Демобилизовался в звании младшего сержанта, которое мне было присвоено, согласно штатной должности командира ремотделения. Отцы-командиры предлагали остаться на сверхсрочную службу, но я вежливо отказался, отбоярившись «хроническим пацифизмом на генетическом уровне в десятом поколении».

Что это означает, сам не очень понял, но от меня отстали, покрутив пальцем у виска, дескать, не понимает парень от чего отказывается и в прапоры больше не вербовали.

Возвращаться в Чернореченск не стал, поскольку полагавшееся мне по закону как полному сироте благоустроенное жилье досталось какой-то блатной бабёнке из местного Управления образования.