Морские байки. Антология

При этом, когда он сам (не от большого, видно, ума) ляпнул, что женщина на кораблю – к беде – Мод едва не раскрошила ему челюсть поставленным ударом…

Казалось, что Вы волновались больше, чем сама роженица: побледневшая, как полотно, но не издавшая ни звука, когда ребёнок пошёл вперёд ногами, да ещё и боком.

Вы, Ваш первый помощник Оливер, Ваш второй помощник и цейхвахтер Чезаре, капеллан Сабатини, квартирмейстер Сильвио, юнга Флинт и даже Лорентин собрались у двери, коротая в томительном ожидании.

Падре перебирал чётки и пел псалмы, темнокожий Чезаре улыбался в тридцать два зуба, Сильвио был бледным и молчаливым, Флинт казался каким-то рассеянным и потерянным, а Вы размышляли о том, как правильно составить рапорт в судовом журнале. Человек, родившийся на борту коканского судна, фактически родился на суверенной территории Кокани…

…Ваши мысли были прерваны звонким и громким детским криком. Не сговариваясь, все разом ломанулись внутрь, едва не выломав дверь в каюту…

На кровати (которая явно была для неё мала) лежала Большая Мод, доктор Горацио стоял подле неё с младенцем на руках, и с первого взгляда было ясно, что он выглядит точь-в-точь как…

Бросьте игральную кость!

«1» – Как Вы! – 718

«2» – Как падре Сабатини! – 752

«3» – Как мавр Чезаре! – 743

«4» – Как морская ундина! – 737

«5» – Как чёрт с рогами! – 741

«6» – Как крошка Флинт! – 748

325

Если Вы попадали на этот параграф раньше, не читайте написанного ниже, а сразу переходите на следующий параграф по списку.

Вы тихо и мирно плыли по заданному курсу, когда вблизи корабля, справа по борту, вынырнуло нечто невообразимое. Больше всего невиданное чудо напоминало металлическую рыбу, наподобие тех, которых описывал францисканский монах-изобретатель Роджер Бэкон. Для Вас было очевидно, что это не живое существо, а некий труд человеческого гения, хотя у членов Вашего экипажа было иное мнение.

Вы получаете +1 пункт Плаванья!

Бронированные листы, заклёпки… Очевидно, что всё это кто-то спроектировал, выковал и собрал.

Неожиданно, один из листов на спине диковинной рыбы отворился, будто бы дверца, и наверх показался человек в причудливом доспехе, сжимая в руках причудливого вида штукенцию, отдалённо напоминающую мушкетон, в который зарядили гарпун.