Морские байки. Антология

Но артиллерийские возможности позволяют брать укреплённые форты – вряд ли черепаший панцирь окажется прочнее.

Даже если это панцирь километрового диаметра толщиной с телегу. Хотя, поверхность-то монолитная, это ведь не каменные стены и не корабельные борта. Голову и лапы чудовище спрячет, а от панциря снаряды могут и отрикошетить.

Это смущает Вас. Впрочем, и не только это. Во-первых, чудовище выглядит достаточно мирным и безобидным. А во-вторых, если его убить – Вы просто не сможете забрать и сожрать столько мяса, и даже если забьёте им весь трюм – большая часть пропадёт почём зря.

И это то же самое, как убивать целую корову ради одного бутерброда. Как-то дико и необоснованно жестоко.

Может быть, всё-таки, не надо?

Надо, Клеменс, надо – 587

Ну, ладно, фиг с ней, с черепахой. Пусть живёт – 250

60

– Вы смеете угрожать мне, находясь на моём корабле? – нахмурив брови, Вы приблизились к Лорентину.

Вы получаете +1 пункт Авантюризма, +1 пункт Героизма и +1 пункт Вдохновения!

– Ни шагу больше! – потребовал он, предусмотрительно держа пистолет ближе к себе, чтобы его нельзя было выбить резким выпадом.

– Да Вы и Ваш рундук полетите за борт, и дело с концом, – между тем, продолжали Вы. – И не надо мне тут говорить про короля: я пришлый человек в Вашей стране, а нынешний король пришёл к власти путём свержения предыдущего. Его положение на троне более чем шаткое. Тем более, пока жив Д`Ладье. И я никому ничего не должен и ничем не обязан. В том числе и королю Ральфрику.

Я уважаю договорённости, но не люблю, когда меня используют вслепую и держат за дурака.

– Любое плаванье – это риск, – заметил Лорентин. – А Вы присягнули на верность королю и взялись выполнять поручение. То, что Вам знать положено, – Вам уже известно. А остальное не требуется для того, чтобы Вы выполняли приказ.

– Да, любое плаванье – это риск. Но есть разница между обычным риском, и тем, когда за тобой ведётся целенаправленная охота, а тебя даже не считают нужным поставить в известность.

Я отвечаю за свой корабль и за вверенный мне экипаж. И если окажется, что король жертвует нами как пешками, я просто уплыву и подамся во флот кому-нибудь ещё, – пожав плечами, ответили Вы.

– У Вас нет чести, капитан, – с презрением бросил особо уполномоченный.

– Моя честь обязывает меня не подвергать людей необоснованной угрозе. Одно дело – оправданный риск, и совсем другое – вести людей на верную смерть. Я под это не подписывался.