Прутиков простудился. Часть первая

Сколько же сейчас времени, неужели настолько опоздал, – думал Лёва, машинально похлопывая себя по карманам. Надо же так оплошать: и бумажник, и телефон, – всё осталось в старой куртке.

Лишь один человек маячил впереди, двигаясь в том же направлении, и не позволяя себя догнать. С такой же убыстрённой и размашистой, как у Прутикова, походкой. Видимо, он тоже опаздывал.

– Извините! Не подскажете, который час? – почти поравнявшись с прохожим, на бегу спросил Лев. Человек оглянулся и странно посмотрел на него.

С тревожным предчувствием Лёва добрался до дверей своего учреждения, поглотивших минутой раньше случайного попутчика. Слева от входа в здание располагалась табличка с длинным и непонятным названием «Облжилремобъединение», и пониже мелким шрифтом: «Отдел по контролю за учётом и распределением».

Разбежавшись на первых ступенях пыльной лестницы Лёва постепенно сбавлял темп с приближением к своему третьему этажу.

– Ну, опоздал и опоздал. Не будем делать из этого трагедию.

Все сотрудники находились за своими столами и делали вид, что чем-то заняты.

Увидев Прутикова, входящего в отдел, сослуживцы вскочили со своих мест и, не упустив момента, полезли в карманы за сигаретами.

– Леонелло, чувак, ты где такой куртец оторвал? – воскликнул Лёха с весёлым и слегка наигранным удивлением, негромко, но внушительно, как он умел это делать. Алексей был старше его лет на семь, но уже успел поиздержаться рыжей шевелюрой, недостаток которой надеялся компенсировать начинающими входить в моду «варёными» джинсами и полинявшим свитером с непонятной надписью на иностранном языке. Он первым подскочил к Прутикову и крепко схватил его рукой за отворот куртки, как будто опасался, что тот исчезнет.

– УС АРМИ, – прочитал он медленно надпись на декоративной нашивке над нагрудным карманом, и добавил, – «милитари стиль». Верной дорогой идёте, товарищ. – Он вытянул в сторону свою руку с прямой ладонью и оттопыренным вверх большим пальцем. – А это что за верёвка. Ну надо же, как продуманно. Смотри, потянут тебя за эту верёвочку куда следует. – И засмеялся радостно тихим смехом.