Мантия Некро: Промежуток средней полосы. Том 1

Окружающий воздух начал меняться. Курицын почувствовал падение температуры вокруг себя, ему стало холодно. Мурашки по всему телу и так не отпускали Михайловича, но теперь Сергей начал стучать зубами.

– Боже! В начале я начал сходить с ума, этот голос. А теперь это, – дрожал он от холода. – Когда эта туча закончится? Дырявый патефон! КОГДА?

Глава 5. Перерождение (часть 2)

Ещё несколько секунд, пребывая в грозовой тучи, вниз нёсся Сергей. Разбрасывая в стороны клубни серого облака, мужчина вылетел из него, и учёного моментально покрыло капельками пота.

Тёплый воздух начал согревать тело Михайловича, выветривая остатки влаги с верхних облаков.

– Я что, не угодил Корпорации? – задумался профессор – И они меня выкинули из самолёта? – пытаясь нащупать ремни на своих плечах. – Или у меня есть… а где парашют? Где мой парашют? – продолжая охлопывать себя. – Нет? Как нет? Вот блин! Чёрт! Нет, нет, нет! Дырявый патефон! Как же так? – продолжая искать хоть что-то на своём сером халате.

 – Чёрт! Что за голос мне почудился? Это нервы! Дырявый патефон! Какая разница! Чёрт! Почему я стал чертыхаться? Дырявый патефон!

Постепенно белые облака стали редеть и начало прорисовываться что-то серо-тёмное. Новый страх овладевал мужчиной, вновь перекрывая дыхание.

– Ещё одно облако? Мне хана! За что они так? Я ведь был в лаборатории, да, в своей лаборатории. Сканировал… Чёрт! Вашу мать! Как я здесь очутился? Дырявый патефон! Почему я так ругаюсь? Ещё бы, я сейчас сдохну!

Белый туман под ногами продолжал редеть, и с каждой секундой начинали просматриваться симметричные очертания.

Всё это уже не походило на очередное серое облако.

– Это не грозовая туча, – сказал он себе. – Это земля!

Летящему мужчине постепенно открывался вид на огромный мегаполис. Высокие строения заполняли весь обзор, который частично можно было рассмотреть через тучи. Строгие и длинные улицы, магистрали и взлётно-посадочные полосы, город невероятных размеров восхищал и пугал одновременно.

Жить ему оставалось считанные минуты.

Михайловича охватил сильный страх, и с каждой новой секундой он только нарастал. Сердце начало колотиться, как ненормальное.

– Эй, голос ты готов был поспорить? – обратился Курицын. – Ты где?

– Да, – донёсся голос со стороны. – Ты прости, не нужно было тебя беспокоить. Забудь о моём предложении.

– Нет, постой. Я готов поспорить на свою жизнь! Какие условия?

– Условия? – раздался смех.