Возвращение

Физкультуры во вторник не было, поэтому утром пробежался, а потом выполнил упражнения. После спортивных занятий с аппетитом позавтракал, сверился с расписанием и положил в портфель нужные учебники. Всё остальное было сложено заранее. Оделся за две минуты, бриться, слава богу, не нужно, поэтому осталось последнее – завязать проклятый галстук.

– Мам, – подошёл я к матери, – не знаю почему, но у меня получается не узел, а чёрт-те что. Покажи, как ты завязываешь!

– Давай я сейчас завяжу, а напомню, как это делается, когда придёшь со школы.

Кто бы возражал! Я надел куртку, схватил портфель и сумку со сменной обувью и припустил к дыре в заборе. На той стороне поджидал Сергей.

– Говорят, что ты начал ухлёстывать за Зиминой? – спросил он, когда мы поздоровались. – А как же Ленка? Или она – это уже прошлое?

– Они все для меня прошлое. Тебя просветил Игорь?

– Да, мы перед сном гуляли возле дома. Тебя сестра научила играть?

– Сам по самоучителю.

– Теперь о тебе будут болтать, – сказал он. – А Светка вчера так и не вышла, хотя её долго ждали.

Мы вошли в вестибюль школы, переобулись и поставили обувь в гардероб.

– Через три минуты звонок! – сказал Сергей, глянув на настенные часы. – Ходу, сейчас Ирина придёт!

Звонок зазвенел, когда мы уже подбежали к дверям нашего класса, располагавшегося на втором этаже, в самом конце коридора.

Глава 5

При нашем появлении все замерли, но тут же опять занялись своими делами.

– Здравствуй! – закончив приготовления, поздоровался я с Леной.

– Здравствуй, – отозвалась она. – Начинаешь новую жизнь с опоздания?

– Нет учителя – нет и опоздания, – ответил я и крикнул классу: – Тихо, вы, Ирина идёт!

Шум моментально стих, и в наступившей тишине стал хорошо слышен приближающийся стук каблуков женских туфель.

– Ещё раз поздравляю вас с началом учебного года, – сказала Ирина Михайловна. – Сегодня у нас не будет ничего нового. Хочу посмотреть, что вы запомнили из программы шестого класса. Повторение – мать учения. Кулешов иди к доске и не забудь дневник.

Игорь пробыл у доски минут пять. Он записывал диктуемые предложения, а потом объяснял, почему написано так, а не иначе.