Приёмыш. Книга вторая

Сейчас принесут чай, и вы расскажете, что привело ко мне в такое время.

– Я не собирался к вам идти, – сказал Воронцов. – Дело есть, но я мог сказать о нём Марту, а он утром передал бы вам. Этот поход – инициатива вашего брата. Увидел меня, обрадовался и за руку втянул во врата. Идём, говорит, сестре одной тоскливо, а вам она обрадуется.

– Маленький психолог, – грустно улыбнулась девушка. – Но он прав: мне приятно вас увидеть.

– Вы выглядите очень уставшей, – заметил Воронцов. – Днём это не так заметно, но сейчас, особенно когда вы в этом халате… Извините, я, кажется, сказал что-то не то.

– Вы сказали то, что думали. Мне сейчас мало кто такое говорит. В этом мире у меня только трое по-настоящему близких людей, с которыми я могу быть не королевой, а просто собой, да и то один из них ещё мальчишка. И все они жители этого мира и не всегда способны меня понять. А так иной раз хочется сунуть голову кому-нибудь под мышку и всласть поплакаться, чтобы пожалели, погладили по голове и сказали, что всё будет хорошо.

– Вы чего-то боитесь?

– Я многого боюсь, Павел Игнатьевич! И я очень устала от этой бесконечной работы и вечной нехватки времени. Хотите, я вам исповедаюсь? Только дайте слово, что не используете эти откровения против меня.

– Я давал присягу Родине, но это не делает меня мерзавцем. И у меня достаточно ума, чтобы понять, что интересы государства не всегда совпадают с интересами его первых лиц. О таком не принято говорить, но вы не побежите закладывать меня начальству.

Я не верю в то, что вы когда-нибудь навредите бывшей Родине, по крайней мере, сознательно, а золота вы ей и так дали очень много и дадите ещё. Так с какой стати мне вам вредить? Из-за того, что вы не хотите отдать этот мир Союзу? Так я сам не уверен в том, что нам это пойдёт на пользу. Да и не нужна мне ваша исповедь, пусть ваши секреты у вас и останутся.

– Она нужна мне. Как вы не можете понять, что девушке, какой бы сильной она вам ни казалась, обязательно нужна рядом крепкая мужская рука.

Это не обязательно должен быть муж, может быть просто хороший друг.

– Хорошо, можете плакаться, если это для вас важно. Обещаю, что всё сказанное не уйдёт дальше меня. Но мне непонятно, что вас так тревожит. Вы настолько сильны и неуязвимы, что можно не беспокоиться о своей безопасности, и большинство земель уже объединили и создали сильную по местным меркам армию. В чём угроза?

– Всё так и не так.