Жернова времени

 – Чувствую и все. Держись в паре шагов позади и что-нибудь рассказывай. И будь готов ко всему, – встал. – Собрать ничего не забудь. И стаканы не посей, – спрятал бутылку, – а то в гостинице высчитают за них.

Поспешно собрав остатки пиршества, Миша пошел следом.

– А что рассказывать? – спросил тихо.

– Не знаю… «Ты семнадцать мгновений весны» смотрел?

– Да.

– Вот и рассказывай.

– Ну, там… – идти среду кустов, деревьев и крапивы, успевшей вымахать выше пояса, было нелегко, но Миша упорно рассказывал.

Слева вверху замелькали дощатые заборы.

– Вот и пришли, – поднял руку Сергей.

От реки мирно пахло тиной. После запаха гор, горячей пыли и ароматов армейского госпиталя, тина пьянила не хуже водки. В реке плеснула крупная рыба.

– Смотри внимательно, где-то должна быть тропинка вверх.

– Если ее тут нет? – перевел дух Миша.

– Есть, как-то они ходят рыбу ловить? Или стирать на речку. Или за водой?

Тропинка вынырнула из-под но0о почти сразу.

– Поднимаемся вверх. Если что, то ищем Кольку Пискунова, он с зоны пришел недавно.

– А кто это?

– Не знаю, я только что имя придумал. Кстати, обратил внимание, что тут птиц нет?

– Разве нет? – завертел головой.

– Наверху в городе голуби, воробьи, а тут, в лесу возле реки, где их должно быть полно – тишина.

– Как в «Женитьбе Бальзаминова», – поднявшись к покосившимся заборам, сказал Миша. – Фильм такой, – на недоуменный взгляд Сергея объяснил он.

– Интересный? – равнодушно спросил Сергей.

– Да, там Вицин снимается.

– А теперь помолчи.

Крепко уперевшись кирзовыми сапогами в землю проход перегородили двое мужиков, глядя на подходящих мутными полузакрытыми глазами. Михаил подобрался.

– Пройти можно? – спросил Сергей.

– Можно Машку за ляжку и козу на возу, – осклабился стоявший слева, в грязной тельняшке.

– Разрешите пройти, – снова сказал Сергей.

– Вы чего тут шароеб… сь? – спросил второй, одетый в лоснящуюся фуфайку горчичного цвета.

– Кольку Пискунова ищем, он откинулся недавно.

Мужики с усилием переглянулись.

– Что за дела? – спросил тельняшка.

– Дело к нему, ему и скажем.

Местные застыли, будто прислушиваясь к чему-то.

– Нет у нас никакого Пискунова, – выдал телогрейка, – проваливайте отсюда.

– Где же хваленое местное гостеприимство?

Мужики снова застыли безмолвными истуканами.

– Хорошо, мы уходим, – Сергей примиряюще выставил ладони, широко улыбнулся и пьяно покачнулся, едва не упав. – Нет, так нет.